Для Кремниевой долины наступила эра «хард-тека»

Попрощайтесь с эпохой потребительских сайтов и мобильных приложений. Искусственный интеллект ^[1] положил начало эре, которую инсайдеры из инновационной столицы страны именуют «хард-теком».

В одной из сцен сериала HBO «Кремниевая долина» в 2014 году, персонаж, только что продавший свою идею вымышленной технологической компании, которая была лишь слегка замаскированным аналогом Google, встретил нескольких своих новых коллег, которые днем выпивали на крыше, сидя в раскладных шезлонгах. Они, как они пьяно объяснили, по сути, получали деньги ни за что, пока отрабатывали — или «вестировали» — свои опционы на акции.

«Отдыхай и жди вестинга», — говорили технари между глотками пива.

Эта ироничная пародия была недалека от реальности Кремниевой долины. В то время молодые инженеры Facebook*, Apple, Netflix и Google максимально использовали возможности того, что было известно как эра «Веб 2.0». Большая часть их работы заключалась в создании потребительского интернета — таких вещей, как стриминговые музыкальные сервисы и сайты для обмена фотографиями. Это было время мобильных приложений, а Марк Цукерберг, основатель Facebook*, хотел дать каждому электронный адрес Facebook*.

Это было также полной противоположностью чопорной корпоративной культуре Америки. Инженеры проводили утренние совещания, сидя на разноцветных креслах-мешках, обедали бесплатно в корпоративном суши-баре и расслаблялись во второй половине дня крафтовым пивом из офисного кега (охлажденным азотом, само собой). А если они потели после напряженного офисного турнира по настольному теннису, не беда — химчистка была бесплатной.

Та Самая Кремниевая долина — теперь уже по большей части в прошлом. Сегодня технологии стали более сложными, льгот меньше, а настроение — серьезнее. Технологическая столица страны перешла в свою эру искусственного интеллекта — некоторые называют ее эпохой «хард-тека» — и признаки этого повсюду.

В офисных конференц-залах, хакерских домах, кофейнях «третьей волны» или на Zoom-встречах знание таких терминов, как нейронная сеть, большая языковая модель и графический процессор, стало обязательным. На фоне способности ChatGPT мгновенно превращать любое изображение в мультфильм Studio Ghibli ^[2], фотофильтры Instagram* кажутся практически палеолитическими. И разговоры ведутся уже не о том, как вы создали свое приложение с помощью языка кодирования HTML5, а о том, сколько графических карт H100 ^[3] — крайне желанного оборудования для запуска программ ИИ — вы сможете заполучить.

Технологический эпицентр переместился из традиционной колыбели Кремниевой долины — городов Сан-Хосе, Маунтин-Вью, Менло-Парк и Пало-Альто — на 40 миль севернее, в Сан-Франциско, где расположены стартапы в области ИИ OpenAI и Anthropic. Технологические гиганты, такие как Google, больше не нанимают сотрудников массово, как это было раньше. А те, кто работает в этих гигантах, сталкиваются с пристальным вниманием ^[4] менеджеров, стремящихся сократить балласт, а не баловать сотрудников.

Регион, долгое время известный своими ярко выраженными либеральными взглядами, больше не является политической монокультурой. Группа венчурных капиталистов и предпринимателей спровоцировала сдвиг вправо, что привело к расцвету «либертарианцев» ^[5] — термина, придуманного двумя политэкономистами из Стэнфорда для описания склонности технологической индустрии провозглашать либерализм в некоторых социальных вопросах, но при этом сохранять антиправительственную позицию в регулировании бизнеса. Наряду с этим изменением, отрасли, которые когда-то считались политически некорректными среди технарей — такие как оборонная промышленность и разработка оружия — стали модной категорией для инвестиций.

Если эра Веб 2.0 в Кремниевой долине определялась тем, что основатели играли в Бога на своих компьютерах, создавая социальные сети и другие сервисы, то новая эра — это стремление основателей создать «сверхразумные» компьютеры, которые однажды смогут превзойти людей и стать своего рода «Богом» в машине.

«Эра «низко висящих плодов» в технологиях, когда ранние потребительские программные бизнесы было легче создавать и они печатали деньги, просто кажется, что закончилась», — сказал Шил Монот, генеральный партнер венчурной фирмы Better Tomorrow Ventures в Сан-Франциско.

Кремниевая долина издавна предлагала заглянуть в возможное будущее, и изменения в регионе за последние 15 лет дают представление о технологиях и корпоративных культурах, которые могут распространиться по отраслям и, в конечном итоге, по всему миру. После нескольких лет головокружительных взлетов (Twitch! Waymos! Криптовалюта!) и очень глубоких падений (Метавселенная! Clubhouse! ^[6] Криптовалюта!) нам было бы полезно остановиться и посмотреть, как изменилась технологическая столица страны. Мы можем узнать что-то о том, как мы скоро будем жить.

Я видел эти изменения своими глазами, прожив 20 лет в районе залива Сан-Франциско и работая технологическим журналистом с 2010 года. Я начал писать хронику Кремниевой долины в расцвет ее эры Веб 2.0, когда Facebook* и Google — еще находясь на стадии становления — вытесняли старые компании, такие как Sun Microsystems, как престижные места работы.

В некоторых случаях — совершенно буквально. В 2011 году Facebook* купил корпоративный кампус Sun Microsystems в Менло-Парке, превратив его в штаб-квартиру империи социальных сетей, которая поглотила Instagram* и WhatsApp. Facebook*, позже переименованный в Meta ^[7]*, также поручил Фрэнку Гери спроектировать новый постмодернистский офисный комплекс по соседству.

Неподалеку Гуглплекс в Маунтин-Вью притягивал таланты и рос как на дрожжах. Ларри Пейдж и Сергей Брин, основатели Google, закрепили теперь уже знаменитую привилегию «20 процентов времени», позволяя сотрудникам работать над тем, чем они хотели, один день в неделю.

«Google запустил обеды, капсулы для сна ^[8] и все такое прочее, и всем остальным пришлось просто конкурировать», — сказал господин Монот, венчурный капиталист.

Когда процентные ставки по займам были рекордно низкими в конце 2010-х и в начале этого десятилетия, стартапы Веб 2.0 легко привлекали средства. Одна компания, Zume, привлекла почти 500 миллионов долларов ^[9], чтобы произвести революцию в автоматизированном приготовлении пиццы.

Затем пришла пандемия. Некоторые технари, которые работали в Кремниевой долине, но жили в Сан-Франциско, были сыты по горло тем, что, по их мнению, городское правительство стало слишком «прогрессивным». Другие увидели возможность работать удаленно. Многие перебрались в Майами, Остин или Джексон-Хоул. Центр Сан-Франциско опустел.

Facebook*, Google и другие активно нанимали сотрудников в 2020 и 2021 годах, поскольку люди были заперты дома, а их использование интернета резко возросло. Но после того, как локдауны были сняты, компании обнаружили, что наняли слишком много людей.

В 2022 году господин Цукерберг сократил примерно треть сотрудников Meta*. Илон Маск, купивший Twitter, уволил три четверти своих сотрудников. Другие компании последовали их примеру ^[10], увольняя модераторов, маркетологов, специалистов по связям с общественностью и всех, кто связан с многообразием и инклюзивностью. Не позавидуешь тем, у кого гуманитарное образование.

В том же году OpenAI — относительно малоизвестная лаборатория ИИ в Сан-Франциско — представила ChatGPT, который мгновенно набрал популярность. Внезапно ИИ стал самым горячим трендом.

Meta*, Google и другие присоединились к ИИ-гонке, заменяя сотрудников с «мягкими» навыками на тех, кто обладает «более жесткими» (техническими). Цифровые пророки ^[11], чья работа сводилась к постоянному чтению лекций в стиле TED Talk, остались не у дел. Специалисты по глубокому обучению ^[12] и нейронным сетям, наоборот, стали востребованы ^[13].

Венчурные капиталисты, не смущенные провальными инвестициями в крипто- и метавселенные стартапы, щедро вкладывали деньги в любого предпринимателя, у которого в презентации фигурировало «ИИ» или «машинное обучение». По мере того как OpenAI, Anthropic и другие стартапы в области ИИ набирали популярность в Сан-Франциско, предприниматели отказались от идеи создания «Кремниевого пляжа» в Майами или «Кремниевых холмов» в Остине. Они вернулись в район Залива.

«Несмотря на свою виртуальность, ИИ — это индустрия, требующая личного присутствия», — сказала Жасмин Сан, бывшая сотрудница Substack, культурный обозреватель в Сан-Франциско, освещающая технологические и ИИ-тренды. «Люди ходят на вечеринки, в хакерские дома, на «счастливые часы». Именно там они все общаются и обмениваются информацией».

Приток ИИ преобразил части Сан-Франциско. Территория между городскими районами Мишн-Дистрикт и Потреро-Хилл теперь называется «Ареной» после того, как туда переехали стартапы вроде Notion и Chroma, а также OpenAI. Как Рассел Кроу в «Гладиаторе», основатели на «Арене» борются друг с другом за превосходство в ИИ, хотя и на поле битвы свободного рыночного капитализма, а не в Колизее.

Хейз-Вэлли — некогда дерзкий, но ныне облагороженный район — теперь называется «Церебральной Долиной», это излюбленное место для встреч ИИ-инженеров за теплыми салатами из баранины с хариссой в Souvla ^[14]. Ближе к воде, в Ферри-Билдинге на Эмбаркадеро находится Shack15, частный коворкинг, заполненный стартаперами, стремящимися налаживать контакты между сессиями «вайб-кодинга» ^[15].

Когда появилась более правая когорта технологической элиты и основателей поколения Z, постоянно «сидящих» в интернете, они выступили против политики на рабочем месте и глобализма. Некоторые утверждали, что глобальный обмен технологиями поставил технологическое лидерство ^[16] Кремниевой долины под угрозу быть превзойденным Китаем.

Новые стартапы отразили эту эволюцию ^[17]. Вместо приложений для бесконтактных платежей десятилетней давности, таких как Clinkle ^[18] и Bump ^[19], появились молодые компании, создающие БПЛА ^[20], оснащенные крылатыми ракетами Barracuda с ИИ-наведением. Представьте эти изменения не столько как сериал HBO «Кремниевая долина» ^[21], сколько как «Маунтинхед» от HBO ^[22].

Тем не менее, стремление к бурной жизни сохраняется.

Рун, ученый-компьютерщик и известный участник технологической комментаторской среды в X, известный под своим ником, вспомнил вечеринку примерно во время выпуска ChatGPT в 2022 году как поворотный момент ^[23] для Сан-Франциско в сфере ИИ. Stability AI, стартап, занимающийся разработкой программного обеспечения для генерации изображений ^[24], арендовал городской научный ^[25] музей «Эксплораториум» — основанный младшим братом Роберта Оппенгеймера, Фрэнком — чтобы отпраздновать привлечение 101 миллиона долларов финансирования.

«Было весело, это было по-настоящему, технология была настоящей», — сказал Рун, который отказался назвать свое имя, поскольку работает в крупной технологической компании, но не представляет ее.

Чувствуется осторожный оптимизм — даже возрождение.

В 2023 году Uber передал в субаренду OpenAI 500 000 квадратных футов офисных помещений в связи с расширением последней. Scale AI, в которую Meta* недавно инвестировала 14,3 миллиарда долларов ^[26], заняла здание в Дизайнерском квартале Сан-Франциско, которое ранее занимала Zynga, компания по разработке игр. Даже некогда тихий Финансовый район снова ожил.

«Мы снова в деле», — сказал Рун.

*Facebook, продукт компании Meta, которая признана экстремистской организацией в России.

*Instagram, продукт компании Meta, которая признана экстремистской организацией в России.

*Meta признана экстремистской организацией в России.