Ламы — надежда крупных фармацевтических компаний в поиске новых лекарств

Ученые обнаружили, что антитела животных могут препятствовать развитию многих заболеваний, и теперь разработчики лекарств вкладывают миллиарды долларов в исследования, которые могут привести к появлению нового поколения препаратов, способных изменить жизнь людей. В число целей входят такие трудноизлечимые заболевания, как рак, невралгия и хронические кожные заболевания.

Ламы играют важнейшую роль в эксперименте. В перерывах между пыльными ваннами и выпасом им делают инъекции, стимулирующие выработку ^[1] ценных антител. Эти животные — одни из немногих, кто вырабатывает крошечные белки, называемые нанотелами, которые, по мнению учёных, легко производить, модифицировать и конструировать.

«Они похожи на конструктор Lego, который можно собрать так, как вам хочется, и это действительно уникально, — говорит Марк Лаппе, исполнительный директор американской биотехнологической компании Inhibrx Biosciences Inc. — Если вы попытаетесь сделать то же самое с обычными антителами, это будет невероятно сложно».

Эта область активно развивается, хотя пока и не так заметно. Препарат Sanofi для лечения редкого аутоиммунного заболевания крови стал первым лекарством, разработанным с использованием антител ламы, которое вышло на рынок. Компания AstraZeneca Plc недавно опубликовала результаты испытаний экспериментального препарата для лечения другого аутоиммунного заболевания, который может стать настоящим хитом. А американский фармацевтический гигант Eli Lilly & Co. заключил партнёрское соглашение с бельгийской биотехнологической компанией Confo Therapeutics, чтобы получить права на продукт, в котором используется новый подход к обезболиванию.

«Я действительно считаю, что нанотела станут основой многих портфелей в будущем, — говорит Майкл Куигли, главный научный ^[2] сотрудник Sanofi. — С нашей точки зрения ^[3], Sanofi лидирует в этой области».

Компания Inhibrx, в свою очередь, работает над лекарственным препаратом, который может вызывать гибель некоторых опухолевых клеток, не затрагивая при этом здоровые ткани. Это шаг вперёд по сравнению с некоторыми существующими методами лечения рака. Акции компании выросли более чем в два раза после того, как исследование показало, что пациенты с редким типом рака костей, у которых не было других вариантов лечения, прожили дольше, принимая экспериментальный препарат, и болезнь у них не прогрессировала. Препарат проходит испытания для лечения нескольких типов опухолей.

Иммунная система ^[4] всех млекопитающих вырабатывает антитела для борьбы с вирусными и бактериальными атаками. Антитела, вырабатываемые ламами и другими представителями семейства верблюдовых, могут проникать в более узкие места и лучше проникать в ткани, чем человеческие антитела, потому что они меньше и проще устроены. Сообщалось, что некоторые из них проникают через гематоэнцефалический барьер, что даёт надежду на лечение неврологических заболеваний.

Для лам это не такая уж плохая работа. Им несколько раз вводят антиген, а через несколько недель, когда их иммунная система отреагирует, у них берут кровь, содержащую антитела, которые затем модифицируют в лаборатории.

Когда они подрастут, то смогут начать вторую карьеру в сфере предотвращения лесных пожаров или охраны домашнего скота. Некоторых из них усыновят, а другие просто уйдут на пенсию.

«У нас есть пенсионный план для лам, — сказал в интервью Седрик Верверкен, генеральный директор частной компании Confo. — После того как мы их иммунизируем и выработаем у них антитела, мы хотим быть уверены, что лама проживёт счастливую жизнь».

Заглянув за кулисы, мы убедились, что животные на одной крупной ферме в Бельгии живут свободно на большой, частично покрытой лесом территории, разделённой на несколько загонов, в каждом из которых есть навес.

Большая часть исследований нанотел проводится в Бельгии или рядом с ней, поскольку Брюссельский свободный университет стал местом, где впервые были обнаружены антитела. Первоначальные результаты относились к одногорбым верблюдам, но вскоре исследователи обнаружили, что другие виды верблюдов, ламы и альпаки обладают теми же свойствами, что и акулы.

В университете, представляющем собой большой комплекс разнотипных зданий на окраине Брюсселя, наряду с Фламандским институтом биотехнологий, было создано несколько первых в этой области биотехнологических компаний. Один из примеров — Ablynx NV, которую компания Sanofi купила в 2018 году за 3,9 млрд евро (4,6 млрд долларов), предложив более высокую цену, чем Novo Nordisk A/S. Ещё один партнёр Lilly — Confo.

В кампусе в Брюсселе до сих пор ведутся работы над нанотелами — термин, запатентованный компанией Ablynx. Группа VIB Nanobody VHH Core, которая разрабатывает эти верблюжьи антитела для фармацевтических и биотехнологических компаний, работает в бараках в тенистом уголке кампуса. Группа в основном занимается лечением и диагностикой рака и воспалительных заболеваний, но также исследует возможности применения нанотел в других областях, в том числе для создания нового типа контрацептивов для Фонда Билла и Мелинды Гейтс.

«Нанотела можно использовать везде, где есть мишень, с которой может связаться антитело, — говорит Стив Шуноуг, один из ученых VIB. — Дайте нам мишень на раковой клетке, и мы создадим нанотело против нее». Одна из целей, как и в случае с Inhibrx, — бороться с опухолями, избегая при этом повреждений, вызываемых химиотерапией ^[5].

На данный момент миру наночастиц ещё предстоит доказать, что они могут стать блокбастерами. Препарат Cablivi компании Sanofi был первопроходцем, но за семь лет на рынке для лечения нарушений свёртываемости крови его продажи за первые три квартала прошлого года составили всего 202 миллиона евро. В последние годы французский производитель лекарств прекратил исследования пяти экспериментальных препаратов на основе наночастиц, хотя продолжает работать над другими. Два препарата, в частности, проходят испытания для лечения таких заболеваний, как астма, диабет и воспалительные заболевания кишечника.

В этой сфере тоже случались неудачи. Рыночная стоимость MoonLake упала в сентябре после того, как исследование экспериментального препарата для лечения кожи побудило аналитиков придти к выводу, что он не лучше конкурирующего лекарства.

«Важно помнить о полном цикле поиска и разработки лекарств, а также о том, что для созревания любой платформы требуется время», — говорит Куигли, главный научный сотрудник Sanofi.

Большой успех мог бы ускорить процесс, и экспериментальный препарат для лечения редких заболеваний гефурулимаб от AstraZeneca позиционируется как обладающий таким потенциалом. Это лекарство может стать хитом продаж в 2031 году. Оно является одним из четырёх препаратов на основе наночастиц, которые разрабатывает британская фармацевтическая компания.

«С моей точки зрения, нанотела представляют собой очень важный новый инструмент в нашем арсенале, — сказал Сенг Ченг, руководитель отдела исследований и разработки продуктов в Alexion, подразделении Astra, занимающемся редкими заболеваниями. — Мы ещё не раскрыли весь потенциал этого инструмента».

Искусственный интеллект ^[6] может вскоре избавить нас от необходимости работать с настоящими ламами, но пока что животные по-прежнему приносят пользу.

По оценкам Лаппе из Inhibrx, калифорнийская биотехнологическая компания иммунизировала более ста лам, обитающих в сельской местности округа Сан-Диего. Как и некоторые другие компании, они арендуют животных, а не владеют ими, потому что «мы разрабатываем лекарства, а не занимаемся фермерством».