Эксперимент «Резиновая рука»

В 1998 году два исследователя факультета психиатрии Питтсбургского университета и факультета психологии Университета Карнеги-Меллон – Мэтью Ботвинник и Джонатан Коэн провели эксперимент, теперь известный как «Резиновая рука».

Участник эксперимента – назовём его для краткости условным именем Ян – садился за стол, исследователи огораживали одну из его рук щитом, за которым Ян её не видел. Исследователи выкладывали перед ним достоверно выполненный муляж руки – параллельно настоящей – загороженной – руке Яна.

Дальше исследователь синхронно проводит по рукам двумя кистями – по резиновой, которую Ян видит перед собой, и по его настоящей руке, которую он за щитом не видит.

Через несколько минут такого воздействия Ян начинает ощущать резиновую руку – как часть своего тела. Другие касания к резиновой руке он ощущал также, как прикосновения к собственной – хотя с настоящей рукой Яна в этот момент никто из исследователей не взаимодействовал. Одновременно наблюдался эффект снижения «обладания» (disownership) своей рукой – у неё снижалась температура кожи. И, наоборот, при нанесении удара по резиновой руке, кожно-гальванические реакции ^[1] соответствуют реальному удару по руке настоящей.

Эксперимент показал, казалось бы, невозможное – мозг ^[2] можно ввести в заблуждение относительно схемы своего собственного тела! Телесная иллюзия получила название проприоцептивного смещения.

Исследователи усложняли эксперимент. Например, не трогая муляж, воздействовали на настоящую руку и… – и Ян не ощущал никаких прикосновений!

Эффект имеет вполне практическое значение. Например, проводились эксперименты – поглаживанием “резиновой руки” добивались временного снижения фантомных болей ампутированных рук.

Ещё не зная об эксперименте, я, можно сказать – воспроизвёл его в начале 2010-х. В тот период я работал в одной из студий спецэффектов для кино. После съёмок в числе наших трофеев оказался силиконовый муляж оторванной руки – она должна была изображать часть  злодея, которого, по фильму, подорвали киллеры. Реквизиторы подошли к делу ответственно, выглядела рука весьма достоверно и даже вблизи оставляла впечатление ^[3] настоящей –  из неё торчала кость, обрывки мышц и сосудов.

Студийные хохмачи любили, спрятав её за спиной, подойти к девушкам-коллегам и во время разговора неожиданно подкинуть муляж на им на стол. Через некоторое время барышни попривыкли, шарахаться и кричать перестали, а иногда могли и крепко зарядить реквизитом в ответ. Рука уже притерпелась и уже никого не пугала.

Мне свербило «доиграть» эту мизансцену до абсурда, случай подвернулся быстро.
У каждого коллектива самозарождаются свои внутренние ритуалы, у нас по утрам стихийно полыхали перепалки в духе современных «прожарок». Они были терпкие, настоящие краш-тесты тёртых перцев. И когда прекраснейшая дизайнер Катя – платиновый пояс по трёпу и стёбу – отпустила в мою сторону весьма лютую отраву, а окружающие, отхохотавшись, уставились на меня в духе:
– Что, нечего сказать? А настоящему мужчине всегда есть что сказать!…
…я взял муляж, положил на стол перед Катей (- Опять эта рука! – устало читалось в её взгляде), взял её же канцелярский нож и с размаху всадил его в тыльную часть «руки», пробив её насквозь. Как орала вся маршрутка студия – передать не берусь.

У вас, кстати, когда вы это читали – какие были ощущения?

Думаю, мой вариант показал проприоцептивное смещение даже убедительнее самого эксперимента.
Поэтому подтверждаю – да, работает.

Эта история научила – воображение может значительно влиять на мозг, на его восприятие ^[4] происходящего. И насколько сильнее может оказаться не само происходящее, а то, как мы его воспринимаем.