NeuroXess. Исследуем мозговой чип из Китая, вживленный уже 54 реципиентам

Будем честны: несмотря на невинно избиенных роботов Boston Dynamics, робособак с индийским акцентом, патрулирующих ^[1] под покровом ночи улицы Сан-Франциско, и успехи ^[2] серии Neo в загрузке посудомоек, Китай обошел США по части роботов. Пока масс-маркетный Unitree G1 распугивает свиней ^[3] в Польше, другие модели занимаются серьезными вещами. Так, только в 2024 году в самом Китае было установлено 295 000 промышленных роботов — это больше, чем в любой другой стране. 

И вот теперь что-то похожее на тихий китайский захват происходит и с областью нейроинтерфейсов. 

Живая реклама Neuralink — Нолан Арбо, появляющийся в эфире то у Джо Рогана, то у Мистера Биста, — 1 из 21 пациента, которым с 2024 года установили девайс. Тогда как никому не известный по эту сторону планеты имплант NeuroXess вживили уже 54 людям, причем почти всем — за 2025 год.

К концу 2025-го Поднебесная издала документ, в котором без обиняков заявила, что собирается к 2030-му достичь в отрасли интерфейсов «мозг-компьютер» (BCI) мирового господства. Западный мир был изрядно удивлен, узнав, что кроме интерфейсов для виляния фурри-хвостами ^[4] в Китае есть полноценные исследования в области BCI — более того, их уже свыше 10. Пациенты, которым были имплантированы кортикальные BCI-массивы, управляли приложениями, играли в шахматы, а мужчина, потерявший все четыре конечности из-за удара током, гонял в машинки.

Да, Китай начал позже, чем США (1990-е против 1970-х), но и движется он быстрее. Как резонно отметил профессор нейробиологии, содиректор Центра нейроинженерии при Джорджтаунском университете Макс Ризенхубер: «Мы знаем, что Китай силен в преобразовании фундаментальных исследований в практическое применение и коммерциализацию. Мы видели это в других отраслях, таких как фотовольтаика и электромобили. Для BCI-интерфейсов это будет иметь решающее значение».

Сейчас в планах Китая — создать несколько крупных отраслевых компаний, которые будут осуществлять экспансию на мировой рынок. Одной из них, скорее всего, станет та самая NeuroXess, уже охватившая своими электродными сетками кору мозга ^[5] 54 пациентов.

Китайская модель 

В принципе, преимущества китайской бизнес-модели очевидны, стоит только заговорить о BCI. В стиле Китая быстро переходить от слов к делу — так сказать, идти сразу в прод. В США же ходить сразу в прод не принято (все-таки прод в данном случае — человеческое тело), поэтому область BCI зарегулирована настолько, что получение разрешений затягивается на годы, а то и десятилетия. Эксперименты в сфере нейрокомпьютерных интерфейсов начались еще в 1970-е, однако до стадии первых клинических испытаний на людях дошли только в 2021 году (Synchron), а затем в 2023-м (Neuralink). До этого все оставалось в рамках лабораторий и строго ограниченных клинических кейсов. Нет, класть всех под нож и вживлять всем подряд девайсы уровня Ghost in the Shell brain jack, конечно, не стоит, но сократить на несколько лет клинические испытания с помощью крепкой руки государства, возможно, не помешало бы. Так и поступили в Китае.

Крепкая рука государства

Рука сформулировала свои правила однозначно — в августе прошлого года китайцы издали документ, в котором изложили свой план экспансии отрасли на ближайшие пять лет.

«План ^[8] реализации мер по содействию инновациям и развитию индустрии интерфейсов “мозг-компьютер”», разработанный семью министерствами, объединяет три в одном: промышленное планирование, медицинское регулирование и надзор за исследованиями. Иными словами, вместо перспективы надоедать местному FDA извне медтехам обеспечат участие регулирующих органов с самого начала, что потенциально сократит сроки от исследований до выхода на рынок на несколько лет. 

Дорожная карта строится на базе 17 конкретных мер. В приоритете: 

• разработка имплантируемых чипов со сверхнизким энергопотреблением,

• совершенствование электродных материалов для минимизации образования рубцов (в СМИ пишут, что уже созданы 128-канальные кортикальные электроды, которые демонстрируют стабильную работу и снижение тканевой реакции ^[9] после имплантации); 

• создание алгоритмов для расшифровки мыслей (что важно — мысли на китайском!) в реальном времени;

• упор на снижение зависимости от западных чувствительных узлов (нейропроцессоры, высокоточные АЦП/ЦАП, сигнальные чипы и пр.) путем собственных R&D в этой области.

Что до таймлайна, то к 2027 году планируется перевести интерфейсы из области испытаний в реальную клиническую медицину, а к 2030-муу — сформировать полноценную коммерческую индустрию. 

NeuroXess

Этот китайский стартап действительно можно считать одним из вероятных кандидатов на роль флагманов BCI-отрасли. Не только потому, что его команде удалось создать самый внушительный на сегодня пул живых людей с мозговыми имплантатами. И уж точно не потому, что маркетинговую мантру о «китайском конкуренте Neuralink» раструбили медиа, а глава компании Тайгер Тао дал интервью ^[6] Financial Times. 

Да, все, кому был имплантирован девайс, умеют в стандартный стек BCI-киборгов: набор текста, управление роборукой, компьютерным курсором, приложениями, умным домом и так далее — но это сегодня база. Что же до маркетинга, им и правда можно свернуть если не горы, то заинтересованные шеи глав бигтехов — этому нас учит пример членистоногого фаундера OpenClaw Питера Штайнбергера. Но здесь все-таки не тот случай — у технологии есть несколько действительно интересных инженерных свойств. 

Но сначала вводные.

Срединный путь

NeuroXess появилась в 2021 году, инициаторами создания стала команда шанхайских нейроинженеров, связанных с системой госпиталя Хуашан и Китайской академией наук. Уже тогда зарождалась связка «лаба + клиника + инженерная группа», где разработка сразу проектируется под хирургический цикл. 

Инженеры поначалу не стали связываться с модификациями шипованного босса BCI Utah Array ^[10] (пока, сравнение с Neuralink!), а пошли по срединному пути кортикальных электродных массивов. Технически речь идет о гибкой сетке из микроэлектродов толщиной в 1% человеческого волоса, которая все еще вводится в череп, но не протыкает кору, а снимает суммарную активность нейронов прямо с поверхности.

Сама идея сетки — не новая. И даже не из BCI-эры. Это продолжение классического подхода — электрокортикографии (ECoG). Еще в начале XX века нейрофизиологи В. В. Правдич-Неминский и П. Ю. Кауфман показали, что биоэлектрическая активность мозга ^[12] напрямую связана с состоянием ЦНС ^[13]: уровнем бодрствования, глубиной наркоза ^[14], изменениями метаболизма и т. д. 

В 1920-х эти результаты легли в основу работ немецкого психолога Г. Бергера, который во время операций по коррекции дефектов черепа размещал электроды на поверхности коры и фиксировал так называемые «мозговые волны». Позже, в 1940–50-е, нейрохирург У. Г. Пенфилд и нейрофизиолог Г. Г. Джаспер взяли практический вектор: ловили эпилептические очаги на открытом мозге и так определяли, где именно «коротит» кора. А спустя еще 80 с лишком лет им наследовали китайские создатели мозговых чипов — такая вот внезапная преемственность.

Конечно, у срединного пути между инвазивностью и неинвазивностью есть свои особенности — скорость тут приносится в жертву безопасности. В ходе испытаний Neuralink достигал 10 бит/с, тогда как NeuroXess — лишь 5,2 бит/с. Впрочем, китайские инженеры заявляют, что компенсируют этот недостаток высокой плотностью контактов на сетке, многоканальностью записи и работой над биосовместимостью материалов для долгой «носки» без воспаления и рубцов (известная проблема Neuralink). 

Да и в целом, чего уж там, живой пациент со слегка залипающим курсором лучше, чем быстрый, но мертвый. Отдавая в своем интервью должное коллегам, Тайгер Тао заметил, что надеется: в конечном итоге неинвазивные интерфейсы станут настолько хороши, что вскрывать черепа вовсе не придется. 

Пока же пациенты довольно быстро оправляются от операций: так, 21-летняя пациентка ^[17], страдающая эпилепсией, всего через 48 часов после операции смогла играть в «Змейку» — ей не пришлось ждать, пока электроды приживутся, а для базовой калибровки хватило несколько часов.

Ну, а теперь пара обещанных интересных инженерных моментов. 

Чип на аутсорсе

Инновация китайских инженеров — та, которой мир BCI ждал уже давно, — избавление черепа от навешанных на него конструкций. Внутри остается только имплантируемая часть: кортикальная сетка электродов и миниатюрный коллектор, собирающий сигнал. Все остальное — контроллер, батарея, антенна и процессор — вынесены во внешний блок в области груди. Такое разделение решает сразу несколько проблем:

• вблизи мозга нет тепловыделяющей электроники,

• упрощается герметизация импланта,

• легче масштабировать число каналов без усложнения хирургической части,

• снижается риск деградации системы из-за биосреды.

Фактически мозг взаимодействует только с тонкой сенсорной частью, а вся вычислительная сложность остается вне организма, внутрь идет лишь скрытый под кожей кабель. 

Кабель, кстати, единственный. Заряжается устройство индуктивным способом, а данные передаются по Bluetooth для низкочастотных сигналов и по Wi-Fi, когда нужна высокая пропускная способность. На принимающей стороне работает операционная система XessOS. Она выполняет извлечение признаков и декодирование двигательных намерений (задержка 60 мс для 256-канальной модификации — против 22 у Neuralink), а также декодирует речь (задержка 100 мс для аналогичной модификации). И вот тут начинается следующее интересное.

Китайская грамота

Декодирование китайской речи — задача, сложная даже для тех, кто на ней общается. Европейская система тут не подходит — у нее совсем другая нейролингвистическая парадигма. А значит, надо начинать почти с нуля.

Английский и большинство европейских языков строятся на фонемах — относительно небольшом наборе звуковых единиц, порядка 40–44. Мозг при их производстве задействует преимущественно вентральную сенсомоторную кору, отвечающую за артикуляцию ^[18]. Декодеры для таких языков проработаны уже достаточно детально.

Мандаринский устроен иначе. Это моносиллабический тональный логографический язык, при обработке которого задействуется больше областей мозга, чем при обработке алфавитных языков. ^[19]Каждый слог существует в четырех тонах, и «ма» с восходящим тоном — это мать, а «ма» с нисходящим у нас назвали бы непечатным. Иными словами, мало распознать слог — нужно еще считать тональный контур, который кодируется в совершенно других нейронных популяциях.

Предыдущие речевые BCI строились на нейронной основе производства речи в вентральной сенсомоторной коре, где паттерны активности кодируют артикуляционные движения голосового тракта. NeuroXess же пришлось решать задачу через модульную многопоточную нейросеть: один поток распознает слог, параллельный — тон, затем результаты сводятся. Система декодирует полный набор из 394 различных слогов напрямую из нейронных сигналов, достигая медианной точности идентификации 71,2% при распознавании отдельных иероглифов. Для первой в мире разработки такого уровня сложности — весьма достойно. 

А дальше?

Уже в этом году NeuroXess планирует начать путь к коммерциализации. Параллельно в городе Наньчан (провинция Цзянси) строят то, что медиа окрестили «суперзаводом» для крупносерийного производства BCI-систем. Строительство стартовало 13 января 2026 года, завершение запланировано на вторую половину года. НИОКР остается в Шанхае, производство переезжает — классическая китайская двухцентровая модель, отработанная еще на электромобилях. 

Без здоровой подстегивающей конкуренции тоже не обходится. Другая китайская компания, Neuracle, в марте 2026-го получила коммерческое одобрение на имплантируемый BCI — регулятор признал его медицинским изделием, которое можно продавать и устанавливать пациентам. Вектор у Neuracle более узкий: система включает вживленные ECoG-электроды, подключенные к пневматической роботизированной перчатке, — для пациентов с частичным параличом, сохранивших функцию плеча. ^[20]Да, теперь вы знаете, какой именно девайс вошел в историю как первый коммерческий BCI — это девайс для возвращения руки.

Тем временем рынок, разогретый и без появления этих игроков, снова на подъеме. Китайский сегмент BCI оценивался в 2025-м более чем в $530 млн, а к 2040 году, по прогнозам, может превысить $16 млрд. Ждем наконец пузыря здорового человека — того самого, в котором нейроинтерфейсы имплантируют (а еще лучше просто надевают) всем желающим. (И нет, никакая Запрещенная в России Организация ни в коем случае не сольет ваши мысли в Сеть.) Впрочем, стоит опасливо поглядывать не только на нерешенную пока большую проблему безопасности, но и на когнитивный буст за $10, нейрокоучей, тиктоки из сновидений и подобный BCI-слоп, — человечество не умеет в скромную и благородную сингулярность без обвесов, мы в этом уже убедились на примере ИИ.

Так или иначе, смотрим, сколько нулей в ближайшее время прибавят число реципиентов имплантов и зарплаты BCI-разработчиков.