Сотрудники и основатели ИИ‑компаний начали жаловаться на «синдром внезапного богатства»

Партнёр венчурной компании Menlo Ventures Диди Дас подсчитал ^[1], что за последние пять лет около 10 000 человек — сотрудников компаний Anthropic, OpenAI, xAI, Nvidia и Meta, а также их основателей — сколотили состояния, значительно превышающие $20 млн. При этом многие из тех, кто «добился успеха», по его словам, переживают «глубокое отсутствие жизненной цели».

Психотерапевты из Кремниевой долины придумали термин для описания этого состояния ещё во времена бума доткомов в 1990-х годах — «синдром внезапного богатства». Теперь, на фоне финансового успеха, связанного с развитием искусственного интеллекта ^[2], этот синдром, по их словам, вернулся.

Джоан Дифурия и Стивен Голдбарт основали в 1990-х годах институт «Деньги, смысл и выбор» (Money, Meaning & Choices Institute), чтобы помогать людям, столкнувшимся с трудностями из‑за внезапного притока капитала во время первой «интернет‑лихорадки». Недавно они рассказали изданию The Cut о том, как этот синдром вновь обрел актуальность благодаря буму в сфере ИИ.

«Это „синдром внезапного богатства 2.0“, — говорит Дифурия. — Люди, разбогатевшие на волне бума ИИ, сталкиваются с совершенно иным уровнем достатка, что порождает у них гораздо более сложные эмоции».

Для тех, кто страдает от этого синдрома, существует целая индустрия услуг. Например, в сообщество TIGER 21, участники которого встречаются раз в месяц на целый день, можно вступить, только обладая инвестиционными активами или чистым капиталом на сумму не менее $20 млн. В цюрихской клинике Paracelsus Recovery, где пациентам предоставляют личного повара, водителя и психотерапевта, проживающего вместе с ними, стоимость услуг составляет около $131 000 в неделю. А одна консалтинговая компания в сфере здравоохранения, подбирающая врачей и специалистов по психическому здоровью для состоятельных семей, берёт за свои услуги от $30 000 — это оплата за 50 часов работы. 

По словам Дифурии, нынешняя волна «синдрома внезапного богатства» отличается от эпохи доткомов тем, что люди зарабатывают на технологии, которую многие — в том числе и те, кто её создает, — считают деструктивной. Генеральный директор компании Anthropic Дарио Амодеи предупредил, что искусственный интеллект может привести к исчезновению половины всех рабочих мест начального уровня для «белых воротничков».

В августе 2025 года издание Fortune, ссылаясь на данные CB Insights, сообщило о существовании 498 «единорогов» в сфере ИИ. Их совокупная стоимость достигла $2,7 трлн. В мае The Wall Street Journal написала, что более 600 нынешних и бывших сотрудников OpenAI в ходе тендерного предложения в октябре 2025 года продали акции на общую сумму $6,6 млрд; около 75 из них продали максимально допустимый объём акций, получив по $30 млн каждый. А в марте 2026 года журнал Forbes включил в свой список как минимум 86 миллиардеров, разбогатевших на ИИ, — их совокупное состояние составило $2,9 трлн, причём 45 из них попали в этот список впервые.

Хотя у сверхбогатых людей сейчас, возможно, больше единомышленников, чем когда‑либо прежде, Дифурия и Голдбарт отмечают, что многие из них чувствуют себя оторванными от общества.

«Это порождает социальную изоляцию. У людей, наживших состояние на ИИ, сформировалась собственная субкультура», — говорит Голдбарт.

Сегодняшние миллиардеры создают для себя закрытые анклавы — например, на озере Тахо или на Гавайях. Это обширные поместья, где для каждого родственника предусмотрен отдельный дом и бассейн.

Голдбарт назвал эту тенденцию «серьёзной социальной проблемой», отметив, что общество «движется к глубокому дисбалансу между имущими и неимущими: богатые оказываются „на вершине холма“, в изоляции от всех остальных, кто остался внизу».

Последствия этого сказываются на нескольких поколениях. «Люди растят детей, которые почти никогда не выходят из дома, — говорит Дифурия. — Они даже не знают, как выглядят бедные люди». Издание Fortune недавно писало о том, что состоятельные родители всё чаще опасаются, что их огромное состояние лишит их детей мотивации ^[3] к достижениям.

Голдбарт и Дифурия стараются направить своих клиентов по иному пути. На первой встрече, которая зачастую длится около шести часов, они предлагают клиентам сформулировать «набор рабочих ценностей» и поставить конкретные цели — например, заняться волонтёрством или благотворительностью.

Некоторые клиенты, напротив, сознательно стремятся к самоизоляции. Дифурия рассказал о семье миллиардеров, которые со временем перестали испытывать чувство вины за свои траты: они обзавелись яхтами и частными самолётами, а затем переехали в район, где живут другие миллиардеры. «Мы нашли наших людей, — передала она слова семьи. — Нам больше не нужно стесняться или скрывать тот факт, что у нас есть самолёт, яхта и пять домов. Теперь мы наконец можем говорить об этом открыто».

Ранее сообщалось, что руководители технологических компаний Кремниевой долины начали инвестировать ^[4] в создание «более умного» поколения, используя передовые методы генетического тестирования и отбора эмбрионов. Некоторые из них платят до $50 тысяч за тесты по прогнозированию IQ будущих детей, которые предлагают некоторые стартапы.