Необычные хобби в коллективе InfoWatch
Команда ГК InfoWatch объединяет людей с самыми разными увлечениями и интересами. Некоторые могут показаться неожиданными. Наш системный архитектор Вадим Кононенко — фотограф-анималист. Его работы выставляются на тематических выставках, используются в научных работах. Последние несколько лет предмет его интереса — птицы-падальщики.
Фотография животных в дикой природе — сложный и кропотливый процесс. Это особое состояние души, где за одним-единственным кадром можно проехать тысячи километров, а потом днями ждать того самого света. Чтобы сделать удачный кадр, надо организовать укрытие на несколько часов, а то и дней, правильно подобрать технику, произвести вычисления. Можно уехать попросту ни с чем.
Вадим редко делится опытом и рассказами за пределами круга посвященных и тех, кто глубоко погружен в тему, однако мы верим, что его опыт может оказаться интересен аудитории Хабра. Магия кадра фотографа-анималиста рождается из многих часов планирования, тонны терпения и безграничного уважения к природе.
Как появился и развивался интерес к фотографии
Интерес Вадима к природе и фотографии проснулся еще в детстве. Он подпитывался журналом «Юный натуралист». В советские времена о съемке дикой природы приходилось только мечтать — не было ни техники, ни возможностей. На долгие годы хобби прервалось, но желание фиксировать красоту живого мира никуда не ушло. С появлением возможностей появился первый хороший объектив, который позволил реализовать давнее стремление.
Без плана — никуда: два подхода и путешествие за «кадром, которого нет»
В фотографии птиц есть два основных метода — это съемка «с подхода», когда фотограф активно перемещается по местности, и съемка из укрытия — когда фотограф на долгое время занимает выгодную позицию и ждет идеальный момент. Вадим предпочитает второй, хотя как «мобильную засаду» нередко использует машину.
Главный инструмент фотографа-анималиста — не камера, а планирование. Оно может быть как краткосрочным («что я буду снимать сегодня днем»), так и долгосрочным, растягивающимся на годы.
«Чтобы сделать один кадр, я проехал 16 тысяч километров в течение полутора лет», — говорит Вадим.
Это была история «кадра, которого нет». Идея была безупречной, план — выверенным. Укрытие было построено в январе, чтобы снимать в мае–июне. Но природа внесла свои коррективы: пара черных грифов, на которую рассчитывал фотограф, в тот год просто не отложила яйца. Крупные хищники, такие как грифы или орлы, не гнездятся ежегодно. Выкармливание птенца требует от самки колоссальных ресурсов и зависит от доступности пищи. Это знание — часть того самого планирования, без которого ничего не получится.
«У меня много друзей орнитологов, и они все считают меня фотографом, а все мои знакомые фотографы считают меня орнитологом», — отмечает Вадим.
Вадим себя иронично называет «фотографом-теоретиком» — далеко не всегда знание и планирование приводят к результату.
Полевые будни: свалки и встреча с полицией
Съемка диких птиц — это не романтичная прогулка с фотоаппаратом, а это тяжелый труд, полный неожиданностей. Например, чтобы заснять орлов зимой приходится ехать на обычные свалки. Птицы, следуя стратегии минимизации энергозатрат, предпочтут падаль активной охоте.
Времяпрепровождение человека в машине посреди зловонной свалки в течение дней закономерно вызывает вопросы у людей. Объяснить, что ты здесь «орлов фотографируешь» в некоторых регионах бывает крайне сложно. Бдительные граждане и полиция — далеко не самая большая проблема, ведь могут принять за шпиона, и тогда придется разговаривать с совсем иными специалистами, рассказывает Вадим.
Экипировка. Зачем фотографу триммер?
Чтобы получить чистый кадр, где птица видна целиком, фотографу порой приходится быть и садовником.
«Видишь орла? А видно его полностью потому, что траву выкашивал я», — говорит Вадим.
В его арсенале может появиться и даже тример для травы, хотя чаще — бензопила и шуруповерт для строительства укрытий.
Если говорить об экипировке, то кроме триммера и прочих инструментов, а также продвинутой фототехники, стандартный арсенал фотографа-анималиста включает спутниковый телефон, рации, GPS-навигаторы — там, где в России начинается настоящая природа, заканчивается обычная связь.
Очень помогает заблаговременное изучение местности на снимках со спутников. Даже спутниковые снимки могут обмануть: дорога, которая видна из космоса, на месте может оказаться непроходимой тропой, поиски которой занимают недели. Вадиму в его задачах помогает проходимый автомобиль с прицепом. Съемка может занимать от дня до недели.
Вадим рассказывает, что максимально ему приходилось сидеть в засидке 17 часов. Но сидение сидению рознь — 3 часа на ветке это не 17 часов на стуле. На ветке приходилось сидеть и по 12. Без опоры ноги затекут так, что ходить не получится.
Работает ли приманка?
Кажется, что приманка — одна из очевидных стратегий для того, чтобы поймать в объектив искомую птицу. Однако на практике все иначе. Для животных прием пищи прежде всего связан с опасностью, так как в этот момент они становятся уязвимы.
Даже самая голодная птица не бросится сразу на кусок пищи, а будет изучать обстановку и смотреть, не грозит ли ей опасность.
«Даже обычные вороны — очень хитрые птицы. Даже когда ворон наелся и съел, сколько ему нужно, он постарается сохранить остатки. Он идет прятать еду, но знает, что за ним следят другие вороны, которые его нычку раскопают и сожрут. Поэтому он делает ложные схроны. Он имитирует, что закапывает еду, а сам ее куда-то под крыло положил и ушел», — рассказывает Вадим.
Магия момента, или когда птица начинает тебе доверять
Магия в работе фотографа-анималиста творится в том, что в какой-то момент птица начинает тебе доверять. Это не слияние, но некая близость к природе.
«Фантастическое ощущение, когда дикое, абсолютно свободное существо позволяет тебе стать на время частью своего мира», — говорит Вадим.
Это чувство гармонии и «правильности» — та самая награда, ради которой все затевается. Человек в своей жизни редко встречает абсолютную гармонию, а в дикой природе он видит создание, которое существует в полном согласии со своей средой.
История одного провала: пиво вместо кадра
Идеальный план может рухнуть в последнюю секунду. Однажды, наблюдая за гнездом крупных птиц, Вадим заметил закономерность: перед залетом в гнездо птицы всегда садились на определенный камень. Солнце освещало его идеально всего 15 минут в день на закате и кадр получился бы просто волшебный.
Вадим и его команда потратили несколько дней на подготовку места для этого кадра. Все было готово для решающего дубля в последний день съемок. За 15 минут до волшебного света птица должна была вот-вот сесть на камень. И в этот момент откуда ни возьмись появился человек, присел на этот самый камень и… достал бутылку пива.
«Брат, если бы ты только знал, какой кадр ты испортил», — это все, что смог сказать ему фотограф, вылезая из укрытия.
Этика и ответственность
Для фотографа-анималиста не нарушать жизнь природы превыше всего. Есть много друзей-орнитологов, с которыми всегда можно проконсультироваться и получить нужную информацию. Это позволяет лучше понимать процессы в природе. Так, фотограф не станет вмешиваться в естественный ход событий. Люди в принципе плохо представляют птиц и как они живут, ведь взаимосвязи в природе сложны. Например, раненая птица — это еда для кого-то другого, которая поможет вырастить потомство. Разве что можно помочь птице, попавшей в беду по вине человека.
Особую боль и у фотографов-анималистов, и у любителей природы вызывают беспечные туристы, особенно на мотоциклах и квадроциклах, которые носятся по заповедным местам, распугивая все живое.
«Мое отношение к природе — это восторг. А эти люди ездят на природу не за восторгом. Они ездят, чтобы сделать селфи. Чтобы по-настоящему прочувствовать место, в нем нужно прожить неделю, а может, две. И тогда ты поймешь, что это такое на самом деле», — говорит Вадим.
Будущее: могут ли нейросети заменить живого фотографа?
Искусственный интеллект стал отличным помощником в пост-обработке: он может убрать марево от горячего воздуха, увеличить резкость, улучшить детализацию. Но заменить настоящую фотографию он не сможет никогда: за каждым настоящим снимком стоит история, считает Вадим
«Я могу про каждую из своих фотографий рассказывать час: с какими людьми контактировал, что делал, какие особенности жизни в той местности. За каждой фотографией — целый мир. Нейросеть сгенерирует картинку, но ее история будет пустой. Настоящий кадр — это еще и эмоции, которые в него вложены», — говорит Вадим.
Опытный глаз всегда отличит снимок дикой птицы от птицы в клетке — у нее совсем иной взгляд, потухший — или, тем более, сгенерированной. По взгляду, по позе, которую невозможно подделать. Это уровень эмоций и правды, ради которого и стоит подниматься в четыре утра, неделями жить в степи и проезжать тысячи километров ради одного, но такого настоящего и правильного кадра.
Автор: InfoWatch
