OS Personium: инженерный подход к психологии (Часть 2) [Сгенерировано]

Психология не знает, что такое человек

В прошлой статье я подробно разбирал социальные, исторические и политические предпосылки кризиса психологии как единой науки, а также описывал её современное состояние. И, честно говоря, с удивлением обнаружил в комментариях, что есть люди, которые не считают, что у психологии как у науки вообще есть какие-то фундаментальные проблемы. Со мною спорили и советовали почитать Выготского.

Поэтому вторую часть этого цикла я как раз и открою цитатой Льва Семёновича Выготского:

«Исторически состояние нашей науки таково, что существует много психологий, но не существует единой психологии… Это значит, что отсутствие единой научной системы, которая охватывала бы и объединяла все современное психологическое знание, приводит к тому, что каждое новое фактическое открытие… вынуждено создавать свою собственную теорию, свою систему… вынуждено создавать свою психологию — одну из многих психологий».

Источник: Выготский Л. С. «Исторический смысл психологического кризиса» // Собрание сочинений: В 6 т. — М.: Педагогика, 1982. — Т. 2: Проблемы общей психологии. — С. 25.

На самом деле психология накопила много полезных наблюдений, экспериментов, терапевтических практик, моделей, типологий, диагностик и объяснительных схем.

Но у неё по-прежнему нет общей модели, которая объясняла бы, что такое человек как система. И пока не создано системы, в которой можно было бы объединить сознание, личность, мотивацию, поведение, развитие, страдание, зрелость, смысл, ценности, культуру, религию, искусство и внутренние конфликты в одну работающую конструкцию.

Сейчас современная психология это по сути набор методик, которые хорошо (не всегда) умеют работать с одним направлением или частью личности человека.

Когнитивная психология изучает познавательные процессы человека. Клиническая психология работает со страданием и симптомами. Позитивная психология говорит о благополучии и процветании. Социальная психология изучает поведение человека в группе. Организационная психология пытается повышать эффективность людей в рабочих системах. Психиатрия занимается диагностикой и лечением расстройств. В итоге мы получаем много частных языков, но не имеем общей операционной системы.

И здесь начинается настоящая проблема. Потому что психология постоянно использует большие слова: здоровье, норма, дисфункция, травма, развитие, смысл, личность, сознание, но на деле каждое из направлений часто вкладывает в эти слова свой смысл.

Например психологическое здоровье – для кого-то это отсутствие страдания. Для кого-то способность адаптироваться к среде. Одни направления называют этим словом способность строить отношения. Другие способность быть счастливымю или способность реализовать потенциал. Кто-то утверждает, что это способность понимать себя.

А кроме даже этих разночтений остаётся ещё много вопросов, на которые нельзя ответить набором техник.

Сейчас я всё чаще слышу позицию – “всё индивидуально”. Но это очевидно не так, просто потому что тогда бы  все люди были настолько разные, что не работали бы как единый стандарт медицина, обучение, искусство и многие другие модели, а значит не «всё индивидуально», а всё индивидуально в рамках одной мождели на всех. Логичней говорить о разнообразии в рамках одних общих законов и принципов.

Именно здесь, на мой взгляд, проходит граница между психологией как набором разрозненных подходов и инженерным подходом к человеку. Инженерный подход начинается не с вопроса “какая техника поможет?”, а с вопроса “что это за система и по каким принципам она работает? Если мы смотрим на операционную систему, мы пытаемся понять её архитектуру: из чего она состоит, какая у неё функция, какие силы ею управляют, где возникают перегрузки, какие контуры отвечают за устойчивость, какие элементы конфликтуют между собой, что происходит при сбое и каким должен быть критерий нормальной работы.

С человеком должно быть так же. Если личность — это система, значит, у неё должна быть структура. Если сознание — это не случайный побочный эффект мозга (а эволюционная последовательность развития его как свойств мозга говорит о том, что это не так), а функциональный слой этой системы, значит, у него должна быть роль. Если поведение человека повторяется, значит, за ним стоят устойчивые внутренние программы. Если человек страдает, срывается, прокрастинирует, разрушает отношения, выбирает не то, чего хочет, или годами живёт не своей жизнью, значит, это не просто “индивидуальная история”, а результат работы определённых внутренних механизмов.

OS Personium как инженерный подход к психологии начинается именно с этой точки. Его задача — не заменить всю психологию ещё одной школой и не объявить все старые подходы бесполезными. Его задача — установить системные рамки: модель, в которой человек рассматривается как единая работающая конструкция. И если модель правильная, то косвенным доказательством будет то, что в рамках неё найдут свое непротиворечивое и логичное существование все остальные школы и практики, доказавшие свою истинность опытным путем.

Чтобы такая модель имела смысл, она должна уметь делать несколько вещей.

Во-первых, объяснять повторяемое поведение человека не как случайность, а как проявление устойчивых внутренних программ.

Во-вторых, связывать биохимические и нейробиологические процессы, мотивацию, сознание, личность, культуру и развитие в одну систему.

В-третьих, показывать, почему человек часто действует против собственных интересов, застревает в одних и тех же сценариях и не может просто “взять себя в руки”.

В-четвёртых, давать не только описание, но и принцип перенастройки: что именно в системе нужно изменить, чтобы изменилось поведение.

В этой модели сознание — не туманная абстракция и не просто “субъективный опыт”. Это управляющий слой, через который система может наблюдать себя, принимать решения, пересобирать свои стратегии и выходить за пределы автоматических программ.

Я уиверждаю, что личность — это структура сознания, собранная из биологии, опыта, культуры, мотивации, защитных механизмов, ценностей и уровня зрелости. Это интерфейс, через который внутренняя система человека взаимодействует с миром. И в этом смысле тогда развитие и настройка личности — это процесс перенастройки внутренней системы: выявление и коррекция сбоев ведущих программ, обнаружение конфликтов, восстановление доступа к энергии, повышение уровня зрелости и разработка более эффективной стратегии жизни для конкретного человека, учитывая его особенности.

В этой статье я начну описывать основные концепции, которые лежат в основе OS Personium и превращают разговор о человеке из набора психологических наблюдений в инженерную модель. При формировании данной теории я старался не плодить новых термсинов и использовать существующие для описания всех концепций, которые можно этими терминами было бы описать, там где я придумывал что-то абсолютно новое, я создавал новый термин, поэтому дальше вы увидите такие слова как  Модель элементарной системы (МЭС) , Энергетический Паттерн Эмерджентного Развития, встроенный конфликт, биопрограммы и так далее.

Все эти концепции нужны не для того, чтобы усложнить язык. Наоборот, они нужны, чтобы наконец собрать человека в единую схему. Потому что без такой схемы мы обречены бесконечно спорить о терминах: что такое здоровье, что такое норма, что такое счастье, что такое развитие, что такое зрелость, что такое сознание и зачем человеку вообще нужна личность, а с инженерной моделью появляется другой уровень разговора. Мы перестаём смотреть на человека как на загадочный набор переживаний и начинаем видеть в нём систему, которая работает по единым принципам. Систему, которую можно диагностировать, описывать, объяснять, перенастраивать и развивать.

Именно это я и называю OS Personium.

От человека к системе: зачем здесь вообще эволюция

Но прежде, чем говорить о личности, нужно сделать один шаг назад.

Если мы хотим описывать человека как систему, нам нужно понять, в какой среде человек сущестувует и продуктом какой среды является. В рамках OS Personium я рассматриваю его как биологическую систему, возникшую внутри процесса эволюции, а значит, базовые принципы устройства человека надо искать не только в психологии, но и глубже — в логике живых систем. И здесь важно сразу уточнить одну вещь – я не собираюсь спорить с эволюционной биологией в духе “Дарвин ошибался, а всё было иначе”. Мутации, наследственность, естественный отбор, адаптация, конкуренция и средовое давление — всё это реальные механизмы, без которых невозможно понять развитие жизн, но есть другой вопрос – достаточно ли нам этих механизмов, чтобы понять, почему жизнь снова и снова приходит к устойчивым формам организации? Почему похожие инженерные решения возникают на разных ветвях эволюции? Почему из простых элементов рождаются всё более сложные уровни организации? Почему биология не выглядит как произвольная свалка случайных форм, а скорее напоминает движение внутри ограниченного пространства жизнеспособных решений?

Именно здесь появляется место для инженерной гипотезы. Можно смотреть на эволюцию не как на хаотичную лотерею, где природа просто миллиарды лет бросает кости, а как на процесс поиска внутри определённого поля возможностей. Мутации могут быть случайными, но пространство устойчивых решений не случайно. Оно ограничено физикой, химией, средой, энергетикой, формой тела, способом размножения, способом передачи информации и множеством других факторов.

И если мы начнём рассматривать челловека именно как систему, сформировавшуюся по определённым законам и правилам, то мы увидим, что он неминуемо передстаёт перед нами как набор инженерных систем со строгими правилами и принципами.

Метафора Хладни: как невидимое управляет видимым

Одной из самых наглядных метафор того, как из хаоса рождается структура, является знаменитый эксперимент физика Эрнста Хладни.

Представьте себе плоскую металлическую пластину, на которую беспорядочно насыпали обычный песок. А теперь мы берём скрипичный смычок и проводим им по краю пластины, создавая звуковую волну определённой частоты. Под воздействием вибрации песчинки срываются с мест и выстраиваются в сложные симметричные узоры. Важно понимать суть этого физического фокуса.

Песчинки не обладают сознанием. Они не проводят совещаний и не принимают решений о том, в какую фигуру им собраться. Геометрические формы появляются как реакция на невидимую силу, которая упорядочивает первичный хаос. Причём для каждой звуковой частоты существует свой уникальный узор, и песчинки снова соберутся именно в него, даже если вы попытаетесь перемешать их рукой. Именно этот принцип лежит в основе Модели элементарной системы, которая служит одним из главных инструментов OS Personium.

Любая система состоит из среды, элементов и силы, которая задаёт характер взаимодействия этих элементов. Видимая нам форма — это не случайный набор событий, а проявление скрытой структуры энергетического паттерна. В организации такой силой может быть например культура, построенная вокруг доминирующей ценности (власти, правила, успеха или согласия). В группе — общий страх, общий интерес или общий враг. В личности — ведущая биологическая программа, внутренний конфликт или ценность. Мы видим поведение, но поведение — это феномен. За ним всегда стоит система, которая это поведение собирает. И если песчинки на пластинках Хладни собираются каждый раз в индивидуальный узор и являются отображением той силы, которая определила их систему, то и человек по такой логике неминуемо становится отображением такой направляющей силы, которая сформировала его имменно в таком виде, в котором он сейчас существует

Встроенный конфликт: механизм развития

В основе эволюционного процесса лежит довольно простой механизм – непрерывные мутации проходят через фильтр отбора и лучшие (наиболее адаптивные?) сохраняются и становятся кирпичиками для новых особей и видов. 

Такой механизм, например, проявляется в генетических мутациях (случайных изменениях в ДНК), непрерывном отборе генов и фенотипов под воздействием естественного отбора с внешней стороны, пропускающего только полезные или нейтральные мутации. И внутренних встроенных механизмов отбора, хорошим примером которых могут быть мутирующие клетки и фильтр иммунной системы, которая непрерывно отсеивает тех, кто ведёт себя не так как надо. Как в свое время доказал Хуго де Фриз, внутри организма человека мутации не прекращаются на протяжении всей его жизни, и все они вынуждены бороться со встроенными конфликтами — механизмами отбора, через которые пробиваются только признанные полезными. Например, в теле каждого человека на протяжении всей жизни появляются раковые клетки, но иммунитет отслеживает и убивает их.

Иммунная система распознаёт их как потенциально онкогенные, вредоносные для организма и посылает киллеров расправится с ними. Причём такие вредные мутации могут происходить как под воздействием внешних факторов (радиация, токсины и тд), так и под воздействием внутренних факторов, например, из-за ошибок копирования ДНК.

Ещё один пример – развитие мозга и “отбраковка” нейронов. Так при формировании мозга у эмбриона нейроны могут образовывать случайные связи. Встроенным конфликтом для них является механизм апоптоза (программируемой смерти клеток), в результате столкновения с таким внутренним конфликтом выживают только нейроны, которые либо получили достаточное количество трофических факторов (грубо говоря, являются достаточно совместимыми с механизмами питания организма), либо образовали правильные синаптические связи. В итоге 40% нейронов эмбриона гибнут — остаётся оптимизированная сеть.

Этот механизм встроенного эволюционного конфликта для отбора лучших мутаций можно увидеть буквально на любом уровне биологической деятельности. Иммунитет уничтожает плохие мутации в клетках, но, когда при мутации генов, связанных с самим иммунитетом, возникают вредоносные вариации, механизм встроенного конфликта убивает самого человека с плохим иммунитетом при помощи патогенов – бактерий и вирусов. В свою очередь вирусы также подвержены контролю при помощи встроенного конфликта, столкнувшись с ним человеческий организм адаптируется и уничтожает вирус создав ему барьер в виде иммунного ответа или даже генетических мутаций. Так, например, дельта-32 мутация в гене CCR5 делает некоторых людей невосприимчивыми к ВИЧ, а гетерозиготность по генам серповидноклеточной анемии защищает от малярии.

Более того, данный механизм проявляется не только в физиологии, но и в продукте сознания человека:

1. Социология — любая культура строится на конфликте: поколений, классов, ценностей. Само становление культурной идентичности требует конфликта – разрыва с предыдущей нормой.

2. Философия — диалектика Гегеля: развитие осуществляется через противоречие, столкновение тезиса и антитезиса. Это тоже встроенный конфликт, но уже на уровне идей.

3. Эпистемология — научная революция по Куну происходит, когда парадигма (принятый образ мышления) сталкивается с нерешаемыми противоречиями. Без конфликта — нет перехода на новый уровень.

ЭПЭР: гипотеза о паттерне живых систем

Теперь, увидев встроенные механизмы, задающие направление и форму развития, можно назвать эту уникальную создающую силу, отображением энергетического паттерна которой человек является и описать механизмы по которым она проявляется в материи. В своей книге “OS Humanium: Гайд по операционной системе человечества” – я описал свой путь по изучению и формулированию такой уникальной силы, которая лежит в основеее развития человечества (бесплатно скачать и ознакомиться с ней можно по этому адресу: humanium.ru) там я назвал её ЭПЭР — Энергетический Паттерн Эмерджентного Развития.

Где Энергетический паттерн – это то чьим физическим отображением является чееловек, а Эмерджентное развитие – это характер проявления этого паттерна в живой материи. По сути это логический вывод из метафоры узоров Хладни.

Для ясности назовём ЭПЭР гипотезой или новой рамкой, через которую можно посмотреть на эволюцию, историю человечества и вообще устройство человечества на всех кровнях от клетки до организаций, государств и социума в целом. В основе этой гипотезы лежит утверждение , что живые системы развиваются не как произвольный хаос, а как процесс эмерджентного (когда принакоплении сложности простых элементов у них появляется общее новое свойство) усложнения внутри ограниченного пространства устойчивых решений. Примером эмерджентности может быть сеть нейронов, котрая совместно способна создавать восприятие, память, внимание, язык, намерение и сознательный опыт, несмотря на то, что один нейрон к этом не способен. Или например, отдельный человек не является культурой, но множество людей, связанных правилами, мифами, иерархиями, страхами, ценностями и общими практиками, создают культуру, которая начинает управлять поведением каждого участника сильнее, чем его личные намерения.

Исходя из этого можно сделать следующий вывод: если сознание, личность, культура и поведение являются эмерджентными феноменами, то их нельзя понять, просто разложив человека на отдельные детали, нельзя понять личность только через гормоны и нельзя понять сознание только через нейроны.

Только соединив вместе биологические и физиологические процессы, поведение, культуру, социальные законы и структуры мы сможем увидеть личность целиком. Именно поэтому OS Personium рассматривает человека не как сумму психологических признаков, а как систему, где из взаимодействия внутренних элементов возникает новый уровень — личность как носитель сознания. 

Зачем всё это нужно для модели личности

Как всё это помогает понять человека? Если человек — живая система, то его личность это строго говоря не лотерея в которой он выигрывает сочетание черт, травм и социальных привычек – человек — это система, в которой биология, культура, опыт, мотивация и сознание собираются в единую рабочую конструкцию. Более того, когда мы начнём в следующих статьях разбирать все детали и контуры человека как инженерной системы, то мы увидим как отдельные черты нашей личности сформировались и ведут себя не просто как механизмы для реакции и адаптации к внешним раздражителям и конфликтам, но как система двигающаяся к определенной цели по определённым законам и формирующая своё поведение, строго исходя из этой целенаправленности.

Итак, конфликт в системе — не случайность, а запрограммированный, фундаментальный и необходимый встроенный механизм. Он вшит в саму логику ЭПЭР, как ДНК вшита в клетку. Это не хаотичная борьба, а алгоритм. И это один из важнейших принципов, которые объясняет законы функционирования личности.

Следующий вопрос напрашивался сам: если вся Эволюция – это алгоритм, не может ли быть так, что и всё человеческое поведение, наши желания, страхи, особенности мышления, (избыточная любовь к искусству также) — это тоже часть алгоритма?

В следующей статье я перейду от общей архитектуры OS Personium к первому конкретному уровню человеческой системы — биопрограммам.

Если МЭС даёт нам способ смотреть на человека как на систему, а ЭПЭР показывает общие принципы развития живых систем, то биопрограммы объясняют, откуда в этой системе вообще берётся энергия действия. Почему один человек живёт через достижение, риск, новизну и прорыв, а другой — через стабильность, порядок, статус и принадлежность? Почему для одного свобода является кислородом, а для другого — источником тревоги? Почему одни люди годами не могут заставить себя делать “правильные” вещи, хотя рационально всё понимают? Почему мотивация не включается от советов, техник и вдохновляющих фраз? Предварительный ответ: потому что человеком управляет не абстрактная “воля”, а набор внутренних программ, каждая из которых по-своему распределяет энергию, страх, удовольствие, напряжение и смысл.