Программирование привело меня в режиссуру, а режиссура (и преподавание) привели в психологию (см.предыдущие статьи). Ещё во времена знакомства с первыми компьютерами у меня возникло ощущение – взаимодействия software и hardware очень похожи на взаимодействия сознания и тела. Сейчас такую мысль можно встретить у самых авторитетных нейроспециалистов.
В этой публикации я попробую прокомментировать свою статью (ранее публиковал её на профессиональных ресурсах психологов) о функционале обиды через эти аналогии.
— Расскажите, пожалуйста, о родителях, — начинаю, выслушав клиента на первом занятии, вникать в его ситуацию,
— Опять детство разбирать… — капризно и разочарованно тянет клиент и уже в этом он похож на маленького мальчика лет 3-4х.
— А можно, мы не будем лезть в детство? — с той же интонацией говорит новая клиентка на другой консультации. И тоже в этот момент становится похожей на 3-4летнюю девочку.
Ещё один вариант реакции:
— Ну, почему вы все, психологи, в детстве обязательно копаетесь? Прошлое не вернёшь и не переделаешь.
Для поиска ответа попробуем разобраться, как растёт человек, как формируется его психика.
В первые недели жизни младенец способен выражать только самые примитивные эмоциональные состояния — крик, плач. К концу месяца у него начинает появляться вполне осмысленная улыбка, чуть позже — любопытство, смех, начинает тянуться руками к маме, к игрушкам. С полугода он начинает пытаться ползать. Концу года ребёнок осваивает первые слова, Ещё через год-два начинает изъясняться предложениями — от простых к сложным.
Очевидно — ребёнок в своём развитии осваивает эмоции и движения раньше, чем мышление и речь. А ещё он повторяет этапы другого пути — эволюционного развития мозга — от примитивных позвоночных к млекопитающим и, в конечном итоге — к человеку.
А теперь обратим внимание: кошки, собаки, лошади — умеют обижаться! Обезьяны — тем более умеют. Каждый, кто имеет опыт общения с этими животными, может подтвердить — они обижаются, помнят обиду, могут мстить.
Младенец в своём развитии повторяет эволюционный путь. Сперва он учится эмоциям, учится владеть, управлять своими мышцами, движениям, потом научается говорить и уже потом – начиная с 5-6 лет начинает ощущать себя самостоятельным обладателем своего «Я». Теперь обратим внимание – обижаться ребёнок умеет уже с первых дней жизни. Если ему неприятно от мокрой пелёнки или он уже 5 минут как голоден, и уже ему подносят еду – плач у него начинается с выпяченной нижней губы – как бы отодвигаясь от мамы – или отталкивая её. Ротогубные мышцы – первые, которыми он может управлять – его единственный способ выразить свою агрессию, недовольство.
Если ему невкусно — он оттолкнёт еду нижней губой. И такая гримаса обиды может проявляться даже у взрослых людей. Попробуйте в шутку изобразить обиду перед зеркалом — первым делом, скорее всего, у вас отреагирует нижняя губа. Картинка с выпяченной нижней губой будет однозначно понята носителями разных языков и культур.
Получается, обида — проявление самых древних функций мозга и пластов психики. Она проверена и закреплена сотнями миллионов лет и эволюционно же досталась нам от животных, от зверей. А в своём проявлении задействует, опирается на самые старшие части мозга. Приоритет обиды в «иерархии» реакций — один из самых высоких, сопоставим с известными «бей-беги-замри» — базовыми врождёнными реакциями, инстинктами. Это значит — обида «главнее» рациональных реакций, она возникла в сознании ребёнка раньше, чем он начал говорить, думать. Поэтому в любой ситуации, которую личность сочтёт угрожающей — обида «сработает» одной из первых.
В контексте обиды ситуация не всегда может угрожать жизни или здоровью, достаточно, если ребёнок, личность, будет трактовать ситуацию как такую — смертельную — угрозу. Ребёнок лежит в своей кроватке, дома, кричит, а мама задеживается на кухне — ей осталось буквально минуту для приготовления еды. За эту минуту младенец не умрёт от голода или мокрой пелёнки. Но его личность, освоившая только самые ранние — «звериные» — пласты психики, трактует ситуацию именно как смертельную:
— Я сейчас умру от голода! Мне тревожно!
— Мне мокро, я сейчас пропаду! Мне тревожно!
Ребёнок ещё не знаком с понятием времени – для него всё происходит сейчас. Также и кошке, и собаке, и корове вы не объясните про «5 минут и tlf будет готовf», понятие время им неизвестно. Поэтому сигнал голода трактуется ими как прямо подступившая смертельная угроза. Обида — следствие о пережитой тревоге, память о ней. И, самое главное — обида тесно ассоциирована с главнейшей угрозой — с угрозой смерти.
— Ты не годен для того, чтобы тебя сразу накормили, сразу переодели! — включает обида красное табло во всё младенческое сознание.
Рациональные восприятие ситуации, её анализ и принятие рационального решения — это самые молодые функции мозга, связанные с появлением лобной доли человека — тех самой, которая «я мыслю — следовательно существую».
Лобная доля — эволюционно самая «новая» часть мозга, ей «всего» несколько миллионов лет. Она даже «географически», топологически находится дальше всего от главных центров, отвечающих за двигательные функции — мозжечка, спинного мозга. Да и окончательное формирование лобной доли в течении жизни человека происходит позже всего — к 22-30 годам. До этого возраста нами больше управляют эмоциональные порывы — «звериная» часть мозга, после 30 — мы лучше оцениваем свои намерения и планируем свою жизнь.
Вы можете провести небольшой эксперимент. Попробуйте, догоняя автобус, подумать над важной задачей — шахматной партией, арифметическим действием уровня 14+27=? или даже просто вспомнить таблицу умножения. Или убегая от собаки. Будет получаться с трудом, либо не получится вовсе. Даже проводя этот эксперимент мысленно — вы убедитесь, насколько рациональное мышление будет уступать эмоциям.
Можете упростить эксперимент.
Попробуйте те же задачи — поиграть в шахматы, или арифметические действия — решать во время просмотра остросюжетноо фильма, особенно — во время напряжённой сцены с главным героем — драки, погони, его выживания в сложных условиях. Скорее всего вы будете испытывать значительные затруднения. Это наглядно показывает, насколько эмоциональная, «звериная» часть нашего мозга и психики имеют приоритет перед рациональной, «человеческой» частью. К этому примеру мы ещё вернёмся.
Очевидно, в ситуациях, воспринимаемых как угроза стратегия «бей/беги/замри» срабатывает быстрее стратегии «я мыслю». В ситуациях, трактуемых как угроза, психика выберет самый старший, самый быстрый способ решения. Обида, как один из самых ранних — с младенческого возраста! — навыков, входит в этот «комплект первой необходимости» с инструментарием быстрого реагирования и выживания.
Комментарий для IT #01.
Обида – низкоуровневая программа с высоким приоритетом, включающая в себя набор алгоритмов распознавания образов угрожающих событий и реагирования на них с задействованием одного из трёх фундаментальных системных сценариев выживания.
Одно из базовых определений обиды — злость, гнев ребёнка на несоответствие старших, в первую очередь мамы — на его ожидания. Главное, основное ожидание ребёнка — безопасность. Вовремя накормлен, обеспечен теплом и защитой от внешних угроз. Если его не накормили сразу, как он ощутил голод — ребёнок плачет. Не поменяли мокрую пелёнку — он плачет. Если он напуган — плачет. Плач — это «зародыш» гнева, даже мимика плачущего ребёнка и кричащего от злости взрослого — почти одинакова. У взрослого к гневу может добавиться угроза, младенец этого ещё не умеет, угрозу он осваивает к полугоду.
И здесь возникает «баг» психики!
С точки зрения младенца, преодолев ситуацию, которую он оценил как угрозу, он — выжил. Это значит — все действия, которые он проделал, преодолевая её — полезны, они способствовали выживанию и их обязательно нужно отложить в комплект первой необходимости! Так в этот комплект попадает и обида, и — становится элементом защиты психики от внешних угроз! Она «срабатывает» со скоростью, какой вы отдёргиваете руку при статическом разряде — не успевая сообразить, подумать, оценить — после болезненного щелчка удара током больше не будет, одёргивать руку нет смысла.
Младенец растёт, осваивает мир — и более сложные модели поведения и выживания так же растут — из эмоционального фундамента, обретённого в раннем детстве. Это значит — обида встраивается в них, постоянно в них присутствует и влияет на принятие решений. Обида из реакции превращается в процесс — процесс постоянного поиска угроз. И она будет трактовать как угрозу все происходящие вокруг процессы.
Комментарий для IT #02. Программа «Обида» постоянно обогащает две библиотеки:
– образов угроз всё более сложными образцами;
– модулей реагирования, которые доказали свою надёжность и эффективность. Программа «Обида» – резидентная, с наиболее высоким приоритетом, постоянно анализирует происходящие вокруг процессы на соответствие образам угроз и запускает релевантную системную реакцию на эти угрозы.
Как это может выглядеть на практике.
— Вы сегодня прекрасно выглядите! — может сказать коллега.
— Не верь ему, ты не настолько красива! — будет нашёптывать обида. — Наверное, за комплиментом последует просьба.
— Вы качественно выполнили свою работу! — хвалит руководитель.
— Нагрузит дополнительной работой. — услышите голос обиды и ответите шефу: — Что вы, это всего лишь удачно совпали обстоятельства!
А по сути, обида говорит:
— Ты не достойна считать себя красивой! Ты не достойный быть умным!
А общий знаменатель всех её реплик: — Не годен!
Так обида снижает вам самооценку.
Самые драматичные ситуации связаны с отказом:
— Помоги, пожалуйста, сделать урок (или работу), — обратитесь вы к подруге.
— Я не могу, занята, — ответит она, у неё, действительно дела.
Но вас накроет обида:
— Ты ей столько раз помогал, — будет нашёптывать обида, — а она неблагодарная.
— Можно с вами познакомиться? — скажете вы девушке на улице.
— Я уже встречаюсь! — ответит она, действительно спешащая на свидание.
— Нет у неё никого, она считает тебя недостаточно крутым, куда тебе до неё — снова будете слышать голос обиды.
— Мы расстаёмся, я ухожу, — скажет вам близкий человек.
— Как он(а) мог(ла), ведь ты столько сделал(а) для отношений…— будет крутить обида несказанные фразы у вас в голове — годами, десятилетиями.
Этих сценариев — бесконечное множество, а ядро всех этих ситуаций — то самое «я не годен», которое сформировалось когда-то в вашем — ещё младенческом сознании (подробнее на Хабре – Четыре всадника детского апокалипсиса). И в действительности вы в эти моменты переживаете не конкретную ситуацию, вы будете переживать — снова и снова — эпизоды отказов и разлук, которые были пережиты в самом раннем детстве.
Во всех этих отказах — нет угрозы вашей жизни, но «механизм» обиды будет трактовать эти ситуации именно как смертельно опасные.
Обида всегда воспроизводит тревогу, которая её образовала. Обиды создают постоянный тревожный фон, они всегда будут находить в окружающем вас происходящем поводы для своей реализации, поэтому и весь мир будет представляться вам тревожным, угрожающим, ополчившимся против вас. В то время как реальность всегда содержит множество сценариев для вашего развития — просто вы их не будете видеть, тревога, как дымная завеса, не даст вам разглядеть — ни ваших целей, ни путей их достижения, ни ваших сильнейших качеств, которые позволят вам эти цели достичь.
А когда обиженный человек пытается доказать свою правоту – его интонации, если прислушаться, в точности повторяет голос ребёнка:
— Это не я, оно само…
И мимика — она тоже будет из того возраста.
Поэтому психологи часто повторяют:
— Личность живёт в возрасте своей обиды.
Комментарий для IT #03. Слишком высокая чувствительность Программы «Обида» превращает окружающий фон в шум, который затрудняет распознавание действительных угроз и создаёт случайные ложные образы. Поэтому Программа «Обида порождает постоянный запуск системных реакций, оставляя высокоуровневым программам всё меньше системных ресурсов. Сложный вычислительный комплекс работает как бухгалтерский калькулятор.
«Отпустить» обиду — невозможно. Можно сколько угодно повторять:
— Я отпустил обиду!
— Я отпустила ситуацию!
Вы можете искренне верить в свои слова, убеждать в этом окружающих.
Только функционал обиды останется активным и она будет тихо и незаметно для вас продолжать влиять на вашу жизнь.
Обиду можно только разоружить, «разминировать».
Механика обиды
Обиды — самая прочная обратная связь с родителями.
Крайние формы реализации такой связи — положительная и отрицательная.
Положительная связь может выглядеть как продолжение семейных традиций — только в утрированной, гиперболизированной форме:
— Так говорил папа! Так делала мама! Значит только так и больше никак!
Это страх изменений, страх выйти за пределы родительских правил, отказ от ответственности за собственные решения:
— Раз они так говорили, поступали — значит это правильно, только это и правильно! И если я буду поступать только так – я буду хороший! Они говорили — так правильно! Значит — только так и надо поступать.
В положительной связи личность ограничивает себя в освоении новых знаний и навыков. Родительский опыт был создан в прошлом, взрослеющий ребёнок входит в новое время – с новыми социальными и экономическими нормами, да и сам ребёнок не является точной копией своих родителей. Поэтому потенциал родительского опыта (если жить только им) быстро исчерпывает возможности.
Бунт против родителей выглядит как тихая итальянская забастовка:
— Вы требовали послушания — я всё делал(а), как вы хотели. Поступил(а), куда вы сказали, работаю там, куда вы меня устроили, женился (вышла замуж) на ком вы разрешили. Чего вы от меня ещё хотите?
Отрицательная связь основана на открытом противостоянии:
— Не хочу быть похожим на родителей! Ненавижу себя, когда ощущаю свою похожесть на них!
В отрицательной связи личность повзрослевшего ребёнка полностью отрицает весь родительский опыт, это лишает его тех знаний и навыков старшего поколения, которые он перенял и который может быть продуктивным и сейчас.
Бунт против родителей в таком варианте давно озвучен поговоркой:
— Назло маме отморожу уши!
Обе связи деструктивны, в обоих вариантах личность занята обслуживанием своего бунта и игнорирует свои собственные интересы — прочувствовать, развить и реализовать врождённые свои качества, увидеть, понять свои цели, пути их достижения. Внимание направлено на внешнюю оценку себя, вместо постижения своей сути.
Оба варианта порождают внутренний конфликт и, закономерно, делают личность обидчивым, конфликтным и во внешнем мире.
Захотите ли вы иметь в своём окружении сотрудника, лишённого инициатив (— Могу копать, могу не копать!) и здоровых амбиций (— Сами решайте, меня это не касается, я как все)? Или, наоборот, постоянно спорящего, упорно настаивающего в своей правоте — даже в ситуации очевидной собственной ошибки?
Или постоянно указывающего всем на их ошибки — даже там, где их нет — да ещё и в самой оскорбительной форме. В действительности он ищет во всём повод для самоутверждения в самой агрессивной форме — повышения своей самооценки за счёт других:
— Да я сразу вам говорил — ничего не выйдет!
— Ну, кто же так делает? Тоже мне, специалист!
Человек изо всех сил хочет доказать окружающим (в действительности — своим родителям, маме!): — Я годен!
И добивается совершенно обратного результата. И будет спорить ещё больше.
Кто захочет строить близкие отношения с такими людьми?
Именно так обиды и лишают личность профессиональных и личных успехов, социальных и карьерных лифтов.
Ещё один вариант, которым обида лишает личность возможности жить своей жизнью, быть хозяином своей судьбы.
Ребёнок в своём детстве попытался привлечь внимание уставшей после работы мамы. Мама, сил которой хватило лишь на приготовление ужина и включить телевизор, отстраняет его:
— Подожди, дай фильм посмотреть, видишь, там Актёр Актёров играет…
В голове ребёнка возникает картинка: на экране — он, взрослый, и он — известный артист. И мама так же восхищённо смотрит — уже на него.
Так обида на маму превращается в наваждение, и этот мираж, такой же зыбкий и похожий на реальность — уводит его всё дальше от настоящего успеха — в котором могли быть реализованы только ему присущие уникальные, данные от природы, качества.
Он мог бы быть отличным инженером, врачом, юристом — мираж превратит его в бездарного актёра, переигрывающего, «пересаливающего лицом», вызывающего своей игрой у зрителей лишь неловкость и досаду от потерянных денег и времени. Он мог бы быть уважаемым специалистом – вместо этого мы видим спивающегося ремесленника сцены, жалующегося на отсутствие ролей, несправедливых режиссёров, подсиживающих коллег.
Безутешно горюющие по поводу расставания с любимым — по нескольку лет, масштабно, с депрессиями — в действительности, сами того не понимая, погружены в ту ситуацию разлуки с мамой, которую они пережили в раннем детстве. Именно тогда в их сознании запылало табло «не годен!», оно отождествилось с разлукой.
Нет плохих актёров, нет плохих профессий — есть выросшие дети, бегущие за миражом родительского внимания и одобрения. Обида, превратившись в желание доказать родителям — я хороший, я годный, я лучше, чем вы думаете!
Разумеется, сценариев перевоплощения обиды в бунт, в мираж — значительно больше. Обида хитро «пролезает» в систему базовых ценностей и целей личности, искажает представление о мире, о себе, о своём назначении. Она хитро манипулирует личностью с единственной целью – увеличиться с обиды на маму до обиды на весь мир. А для этого нужно привести порабощённую личность к самому большому разочарованию — к разочарованию от прожитой жизни.
Поэтому обида на родителей заслуживает самого внимательного рассмотрения — в первую очередь! Все остальные обиды — производные с родительских обид. По мере снижения влияния главных обид — исчезают, растворяются и их «копипасты».
В этом и есть главный смысл работы с психологом — выявить ключевые обиды, понять их природу, «разминировать» их, воссоздать личность и, вернув присущие ей степени свободы, сделать человека хозяином своей судьбы.
Настоящая сепарация происходит в момент избавления от последней обиды на родителей.
Комментарий для IT #04. Даже самый сложный программно-вычислительный комплекс имеет порог, ниже которого он не может вносить изменения в свои настройки, в набор своих базовых кодов. Есть области системы, BIOS и hardware, которые недоступны для автоматической саморегулировки, и их настройка может быть проведена только с участием внешнего «наблюдателя с отвёрткой». Психолог – это и есть внешний «наблюдатель с отвёрткой», он находится за пределами «слепого пятна» личности клиента, его «отвертки» – наблюдения, методики, интерпретации, свободные от личного опыта клиента.
Продолжение следует.
Ваш HappyTalkie
P.S. Если у уважаемых читателей Хабра есть свои аналогии и трактовки процессов нашего сознания в контексте IT – прошу поделиться в комментариях, буду очень признателен!
Пока я готовлю к публикации 2-ю часть статьи, рекомендую к прочтению упомянутую выше статью Четыре всадника детского апокалипсиса , в ней вы узнаете важные предпосылки возникновения обид, возможно – узнаете свои случаи и, надеюсь, поможет вам уберечь ваших детей от подобных случаев.
Автор: HappyTalkie
