Помогает ли музыка работать?

Грег сидел, опустив голову. Пустой, неподвижный, будто удаленный из собственного тела. В молодости он не пропускал ни одного концерта Grateful Dead. Но потом — головные боли, странная апатия и отец, который слишком поздно понял, что происходит. К моменту, когда опухоль мозга обнаружили, она уже почти выжгла жизнь из Грега. Его прооперировали — но поздно. Он не помнил вчерашние события, не реагировал на людей, не знал, кто и где он.

Однажды его отец пришел к нему — так же, как всегда, — но на этот раз принес магнитофон и нажал play.

Как только зазвучали первые аккорды Grateful Dead, Грег преобразился. Плечи дрогнули. Он поднял голову, узнал голос отца, произнес слова, он вспомнил. Вернулся — пусть на несколько минут — в ту реальность, которую отняла опухоль. Музыка сделала невозможное — вернула человеку доступ к самому себе.

Эта классическая клиническая история из сборника невролога Оливера Сакса «Антрополог на Марсе» хорошо отражает все те чудодейственные представления, которые человечество связывает с музыкой. Если словом можно убить, то музыкой — исцелить, музыка улучшает настроение, заживляет раны, успокаивает людей с СДВГ, и даже мертвые в Судный день просыпаются под трубные звуки ангелов. Так-то это так, но очевидно, что все перечисленное не может быть правдой одновременно. Так где тогда стереотипы, где мифы и инфоцыганство, а где реальные факты? 

В следующий раз, когда контекстная реклама пообещает +60% продуктивности от «8D-гамма-бинауральных биений», загляните в этот текст.

Нейробиология кальянного рэпа

Итак, наука больше не считает, что в мозгу существует «музыкальный центр». Благодаря таким методам как, например, функциональная МРТ, удалось убедиться, что, когда вы слушаете свой любимый кальянный рэп (или что-то еще), в голове надрывается целый оркестр.

Вот как примерно все происходит:

• Звуковые волны колеблют барабанную перепонку, дальше вибрация проходит через микроскопические слуховые косточки в ухе и добирается до улитки. Там находятся волосковые клетки — именно они превращают колебания в электрические сигналы. С этого момента музыка — уже не звук, а набор импульсов.

• Они идут по слуховому нерву и проходят «промежуточные станции» в стволе мозга. Здесь оценивается, насколько громко звучит трек, откуда именно доносится и как быстро меняется. После этого сигнал попадает в таламус — узел, который распределяет сенсорные импульсы по нужным отделам. Оттуда — в первичную слуховую кору. На этом уровне звук впервые становится доступен сознанию — мозг разбирает звук на составляющие: частоты, высоту, тембр. Но пока это просто акустика, а не музыка.

• Музыка появляется чуть позже — когда сигнал доходит до вторичных височных областей. Здесь мозг начинает узнавать мелодию, ритм и структуру. Правое полушарие выделяет мелодический рисунок и тембр, левое занимается ритмом и узорами. Затем включаются лобные зоны, которые делают работу еще интереснее: они формируют ожидания. Именно из-за них мы чувствуем, что сейчас будет припев, еще до того, как он наступит.

• Параллельно подключается тело — базальные ганглии и мозжечок начинают синхронизировать внутренний ритм, поэтому нога сама отбивает такт, а пальцы стучат по столу. И, конечно, эмоции. Амигдала и вентральный стриатум оценивают, нравится ли нам то, что мы слышим, и выделяют дофамин — отсюда дрожь, мурашки и желание зациклить трек. Гиппокамп связывает звук с памятью — «вот она, та самая музыка из поездки» — и даже через годы одно начало песни способно вернуть вас в конкретный момент жизни.

Словом, речь идет о целой сети — ее так и называют, music network. Странно, что человечество, отплясывая кадрили, вальсы и регтаймы (то есть явно задействуя двигательные зоны), этого не понимало. Ну да ладно, главное другое — многообразие нейронной активности рождает многообразие и в результатах исследований: слишком различаются задатки и скиллы испытуемых и личный контент в тех самых лобных долях, делающих нас нами. Впрочем, несмотря на это, более-менее твердые выводы все же удалось сделать.

Улучшает ли музыка когнитивные способности?

Как показывают эксперименты, скорее нет, но есть нюансы. Положительный эффект есть, хотя небольшой и контекст-зависимый. Вот несколько показательных экспериментов.

1. Лабораторный Моцарт для студентов

Начнем с работы Angel, Polzella & Elvers (2010). Исследования шли в лаборатории — ученые пригласили 56 студентов (28 мужчин, 28 женщин) и прогнали их через стандартизированный набор когнитивных тестов (Criterion Task Set) на языковую обработку и пространственное мышление.

Условия:

• одни и те же задания, либо в тишине, либо под 10 коротких фрагментов сонат Моцарта в наушниках (инструментал, темп выровнен).

Что получили:

• с музыкой студенты быстрее решали пространственные задачи (меньше время реакции);

• лучше справлялись с языковыми задачами (выше доля правильных ответов), чем в тишине.

Авторы сделали вывод, что фоновая инструментальная музыка может улучшать когнитивную производительность — однако сам эксперимент был максимально «тепличным»: молодые участники, короткие тесты, классика без текста, контролируемая громкость. Вряд ли результаты можно считать актуальными при другом дизайне эксперимента (например — музыке другого жанра или с текстом). 

2. Полевой эксперимент с разработчиками

Перенесемся из лаборатории в обычный офис. Тереза Лесюк (Lesiuk, 2005) провела полевое исследование также с 56 участниками — разработчиками программного обеспечения из четырех канадских компаний. Возраст — от 19 до 55 лет. Опыт работы — от нескольких месяцев до нескольких лет.

Наблюдение шло пять недель в реальной рабочей среде. Музыку специально не навязывали: программисты слушали то, что обычно включают сами. Дизайн был такой:

• в одни недели разработчики работали с музыкой;

• в другую — без музыки вообще;

• затем музыка снова возвращалась.

Каждую неделю замеряли:

• настроение;

• качество работы по самооценке (креативность, ощущение продуктивности, меньше ли «затыков»);

• насколько фактическое время выполнения задач расходится с запланированным.

Результат:

• в недели с музыкой у разработчиков было выше настроение;

• качество работы было самым низким в неделю без музыки, а после возвращения музыки снова росло;

• время на задачу в период без музыки чаще выходило за пределы планов — задачи «растягивались».

Дополнительно в данных видно:

• эффект музыки усиливался со временем для тех, кто обычно слушал ее мало — нужно привыкнуть к такому режиму;

• с возрастом доля времени, когда человек включает музыку, уменьшается — старшие разработчики слушали меньше.

Таким образом, в боевых условиях музыка как минимум поддерживает настроение и субъективное ощущение продуктивности, а отсутствие музыки может тянуть показатели вниз. Впрочем, разница в показателях в недели с музыкой и без была минимальной.

3. Музыка как «лишний звук»: Perham & Vizard и irrelevant sound effect

Теперь к менее приятной части картины. Perham & Vizard исследовали, может ли любимая фоновая музыка смягчать так называемый irrelevant sound effect — ухудшение кратковременной памяти, когда в фоне играет что-то не по делу (речь, музыка, меняющиеся звуки).

Участникам давали задачу последовательного воспроизведения (serial recall): нужно было запомнить и в правильном порядке воспроизвести серии элементов (обычно буквы или числа). Параллельно крутили разные звуки:

• тишина,

• фоновая музыка,

• другие звуковые варианты.

Ключевой вопрос: если человеку очень нравится музыка в фоне, будет ли она меньше мешать?

Ответ: нет.

Предпочтение музыки не спасало от эффекта отвлекающего звука. Фоновая музыка все равно ухудшала точность, даже если участник любил этот трек. В задачах, где нужно удерживать и манипулировать последовательностями (то есть классика вербальной рабочей памяти), музыка — даже приятная — вела себя как шум.

4. Большая картина: мета Cheah et al. (2022)

Завершим подборку довольно свежим обзором. Cheah и коллеги в 2022 году собрали 95 исследований (154 эксперимента), где фоновой музыке противостояли тишина или другие условия. Смотрели на разные типы когнитивных задач: память, внимание, язык, мышление, скорость обработки.

Сводка по результатам:

• положительные эффекты музыки есть, но нестабильны — вроде кейса с Моцартом у Angel et al.;

• в целом для большинства задач музыка дает нейтральный или отрицательный эффект;

• особенно заметно ухудшение в вербальных задачах (чтение, запоминание текста), особенно при музыке с вокалом;

• инструментальная музыка ведет себя по-разному: часто нейтральна, иногда слегка помогает, иногда мешает — нет общего паттерна;

• все очень зависит от дизайна эксперимента, типа задач, жанра музыки, громкости и индивидуальных особенностей участников.

Авторы честно пишут: нельзя утверждать, что музыка улучшает когнитивные функции. Скорее получается, что в одних условиях музыка может помочь, в других — не влияет, в третьих — помеха.

И все же — какой жанр, кроме тишины?

1. Рок или эмбиент?

В одном из свежих исследований (Sun et al., 2025) предприняли крупный эксперимент с 428 участниками, посвященный влиянию музыки на состояние потока. Участники выполняли стандартную когнитивную задачу (Backward Digit Span — проверка памяти и внимания) с четырьмя условиями:

• контроль (тишина);

• высокоактивная музыка (рок, EBM и др.);

• низкоактивная музыка (эмбиент, спокойный фон);

• структурированная классическая музыка (в частности, тот же Моцарт).

Вот что выяснили:

• структурированная классическая музыка усиливала состояние потока и вовлеченность в задачу, что улучшало результаты;

• высокоактивная музыка имела обратное воздействие: она снижала поток и ухудшала результаты;

• эффект от музыки снижался со временем, если участники слушали один и тот же трек постоянно, — мозг привыкал, и эффект уменьшался. 

2. С вокалом или без?

Еще один важный момент — это работа Shih et al. (2012), где 102 участника (56 мужчин, 46 женщин, возраст примерно 20–24 года) проходили рандомизированное контролируемое испытание, сравнивая влияние фоновой музыки с текстом и без текста на задачи, требующие высокой концентрации внимания. 

Эксперимент показал четкий статистически значимый эффект:

• фоновые треки с вокалом заметно снижали концентрацию и внимательность в тестах,

• тогда как инструментальная музыка (без слов) была менее разрушительной для внимания и работоспособности.

Авторы интерпретировали это так: тексты песен конкурируют с когнитивными ресурсами, которые задействованы при задачах на внимание. Если для рутинных операций словесный фон может казаться комфортным, то в сложной когнитивной работе музыка с вокалом чаще ухудшает результаты.

3. А если хочется рок?

Тогда нужно в зал следовать рекомендациям работы Habibzadeh (2015) о влиянии музыки на психофизическое состояние — она указывает на то, что и для рока можно найти задачу:

• энергичная музыка способна повышать мотивацию, настроение и восприятие усилий, особенно при физической активности;

• темп влияет: быстрый темп ассоциируется с повышенным уровнем активации и бодростью, медленный — с расслаблением;

• эмоциональный заряд (позитивность, мотивация) усиливает эффект — когда музыка приятна слушателю и соответствует задаче (например, в спорте), она с большей вероятностью поднимает общий тонус.

Розовый и другие цвета шума

Помимо музыки, внимание науки привлекают и более абстрактные звуковые фоны — цветные шумы (white, pink, red), у которых спектр частот распределен по-разному. Тайваньские ученые провели исследование о влиянии шумов на 22 студентах.

Ученые поочередно испытывали участников эксперимента в четырех условиях:

• тишина; 

• белый шум (одинаковая интенсивность на всех частотах от 20 до 20 000 Гц — самый «резкий»); 

• розовый шум (срезает высокие — мягче и естественнее);

• красный шум (почти один низкий бас — глубокий гул). 

Испытуемых просили пройти четыре стандартные когнитивные задачи:

• тест психомоторной скорости (реакция на сигнал);

• continuous performance test (CPT-IP) — измерение устойчивого внимания;

• executive function test — переключение и алгоритмическая гибкость;

• working memory test — кратковременная память в рабочем контексте. 

Вот, что удалось выяснить:

• розовый шум дал положительный эффект в тесте на устойчивое внимание по сравнению с тишиной — участники справлялись точнее, чем в тишине, и чуть лучше, чем при белом шуме;

• красный и белый шум тоже улучшали показател, а красный шум в некоторых случаях был даже чуть сильнее розового;

• во всех тестах шум чуть улучшал результаты по сравнению с тишиной, но самые устойчивые и статистически значимые плюсы отмечались именно при розовом шуме;

• люди в анкете чаще ассоциировали красный и розовый шум с более благоприятной рабочей обстановкой, чем тишину или белый шум.

Как это объясняют? Розовый шум распределяет энергию так, что каждая следующая октава звучит тише предыдущей. То есть низких частот больше, высокие — приглушены, резких, быстро меняющихся пиков, которые мозг вынужден постоянно анализировать, нет. Результат: такой фон не перехватывает ресурс внимания, а наоборот, помогает «стабилизировать» внутренний уровень возбуждения. 

Ну, а громкость?

В недавно опубликованной работе Sun et al. (2025) специально проверили, как уровень звукового давления влияет на выполнение когнитивных задач в офисной среде. Ученые варьировали фон от ~40 до ~60 дБА и сопоставляли разные типы звуков (от белого шума до музыки).

Наблюдение: когда уровень фонового звука достигает 60 дБА, люди значительно хуже справляются с задачами, где надо удерживать внимание и обрабатывать информацию, чем при более тихих уровнях (40–50 дБА), где ухудшения не фиксировалось. 

То есть снова: если нужен фокус, лучше не бросать вызов системе.

Интроверту — интровертово

Еще один важный момент, который мы уже упоминали в начале статьи, — личностный фактор. Работы по влиянию фоновой музыки и шума на когнитивную производительность показывают устойчивую закономерность: люди с разными личностными чертами реагируют на звуковой фон по-разному. 

Классическое исследование Furnham & Strbac (2002) с прекрасным названием ~«Музыка ничем не лучше шума» включало 38 интровертов и 38 экстравертов, которые выполняли три типа когнитивных задач (чтение с пониманием, запоминание текста и арифметические задачи) в условиях тишины, фоновой музыки и фонового шума. Результаты показали:

• в тишине производительность была примерно одинаковой у интровертов и экстравертов;

• под музыкой или шумом выполнение задач ухудшалось у всех;

• но интроверты страдали заметно сильнее, чем экстраверты, — особенно в задачах, требующих чтения и понимания.

Это согласуется с идеей, что дополнительный звуковой фон воздействует на внимание интровертов сильнее, чем на экстравертов. Теоретически это объясняется так:

• Интроверты часто имеют более высокий уровень кортикального возбуждения в состоянии покоя; дополнительный фон (музыка, шум) повышает возбуждение сверх оптимума.

• У экстравертов более низкий исходный уровень возбуждения, и они нуждаются в большем внешнем стимуле, так что умеренный звуковой фон может даже поддержать их внимание.

Краткие выводы

Подытожим.

Перспективные звуки

Для рутины и простых задач

• Инструментал без слов (классика, эмбиент, саундтреки) — держит тонус, почти не нагружает память.

• Розовый шум — маскирует офисные звуки, дает небольшой плюс к вниманию. Кстати, очень похоже на то, что он и правда полезен при СДВГ.

Для глубокого чтения, письма, аналитики

• Лучше всего — тишина или почти тишина (очень тихий розовый/белый шум).

Для физической активности

• Тут можно оторваться.

Избегать

• «Высокоактивной» музыки — бодрой электроники, рока и пр. 

• Музыки со словами, особенно на родном языке, — ухудшает понимание и запоминание.

• Громкости выше 50 дБA.

• Ошибок при учете типа личности: интроверты хуже переносят звук, розовый шум может не впечатлить человека без СДВГ.

Проверить на себе

1. Четыре сессии в разные дни: тишина, тихий розовый шум, природные звуки, любимый инструментал.

2. Сравнить ощущение фокуса, ошибки, объем сделанного — станет очевидно, что работает именно в вашем конкретном случае.