Осторожно, двери закрываются. Следующая станция – Матрица
Я сейчас пребываю в перманентном шоке от происходящего. И дело все в нейронках, а точнее в NanoBanana, Suno и Kling. Да, нейронки уже сильно задолбали, про них говорят из каждого утюга. Сейчас AI должен быть в любом стартапе, иначе что же это за стартап-то такой? И я не ошибусь, думаю, если укажу, что и дня не пройдет , чтобы на Хабре не вышла статья про нейронку – как использовать, какая лучше пишет код, кто и как ее использует и т.д. Но речь дальше пойдет даже не о них и программировании, а нейронках для создания визуального контента и той скорости, с которой они меняются.
«Машина останавливается»: как в антиутопии 1909 года появились утонувшие в соцсетях хикки на самоизоляции?
Фантастический рассказ английского писателя Эдварда Фостера «Машина останавливается» не произвёл особого впечатления на современников. Для начала ХХ века описанный в нём мир выглядел слишком странным и умозрительным, а проблемы и конфликты казались оторванными от реальности — в отличие от тех же элоев и морлоков Герберта Уэллса. Однако в XXI веке его откопали — и изрядно удивились тому, насколько автору сто лет тому назад удалось предсказать явления и образы совсем другой эпохи: современности для нас, и отдалённого будущего для Фостера.
Цифровой коммунизм или конец человечества? К чему все идет?
Куда нас ведут цифровые технологии?
Чапаев и Матрица: почему культура 90-х бунтовала против пластмассового мира? Часть 2
К началу 90-х общества США и других стран оказались в мире, с которым человек и его системы восприятия раньше не сталкивались. Материальное окружение и живое общение никуда вроде бы не делись — но их доля в воспринимаемом неуклонно снижалась за счёт ТВ и других СМИ. Медиапродукты уже целенаправленно создавались для максимального привлечения внимания и эмоционального вовлечения. Реальный мир тускнел на фоне гламурной картинки ТВ и журналов. Недоверие вызывали и они, и заверения любых властей и корпораций. Прочная картина мира, в которой жили прежние поколения, рассыпалась на глазах у очень многих — но потребность в ней не исчезла. Чувство ирреальности мира и поиск хоть чего-то настоящего нашли немало отражений в культуре этой странной эпохи.
